— Почто же ты меня разоряешь, царь? — услышал я за спиной густой баритон.

Обернувшись, я увидел купца, склонившегося в низком поклоне.

— Когда это я успел тебя разорить? — удивился я.

— Когда попытался переманить к себе моего скомороха.

— Вот как? — я обернулся к шуту, — Ты раб?

Скоморох кивнул и опустил голову.

— И сколько же стоит твой раб, купец, — гневно прорычал я, вновь поворачиваясь к торгашу.

— Мы можем обсудить это без лишних ушей, царь, — косясь по сторонам, ответил он.

Рядом со мной появилась Эса. Она подозрительно поглядывала на купца. Ага крепко ухватился за рукоять своего двуручника.

— Ну что же, давай обсудим, — заявил я, снижая накал страстей.

Купец пригласил пройти на его ладью. По дороге на пристань он всячески пытался извиниться за то, что я его не правильно понял и он готов даже подарить скомороха, но это нанесет ему ущерб, непоправимые убытки и все в этом духе.

Мы подошли к пристани, где было пришвартовано судно купца. Забравшись на кораблик, я осмотрелся.

Ладья была из крепкого дерева, защищенная от воды смолой. Пленочный парус был основным способом передвижения этой ладьи, хотя наличие весел говорило о том, что и в безветренную погоду судно продолжит движение к цели. Ладья имела надстройки, навесы из ткани, под которыми хранилась часть груза.

К одной такой надстройке, под которым разместился небольшой столик и лавки, мы направились с Эсой и Агой в сопровождении купца.

Вокруг нас было около пятнадцати человек — команда ладьи. Смутило то, что все были в броне, что несколько выбивается из образа штата купеческого судна.

А дальше я почувствовал сильнейшую боль в затылке. Громогласный рык Аги и воинственный клич Эсы утонули в моем потухающем сознании.

* * *

Я очнулся рывком. Глаза не открывались. Их будто залепили чем-то липким. Наверное, засохшая кровь — закралась мысль-подсказка. Судя по ощущениям, я в трюме ладьи. Пол качается, руки завязаны и прикручены веревкой высоко над головой. Ноги связаны в коленях. Отчетливый запах сырости и водорослей забивал ноздри. Все тело ломило.

— Ну что же ты, Ларсик! Очнись, — гнусаво пробасил до боли знакомый голос.

С трудом разлепив веки, я увидел его. Враг. Бывший смоленский воевода. Вот же тварь живучая.

Глава 9

Лето 827 г., окрестности Тьмутаракани.

Рогволд гнусно скалился, поглядывая на меня.

Экс-воевода имел добротную броню, включающую в себя несколько слоев металлических пластин, скрепленных между собой. В руках он держал небольшой крючкообразный кинжал. Всклокоченная борода блестела под редкими лучиками солнца, проникающими сквозь неплотно подогнанные доски палубы.

Поправив сальные волосы, Рогволд оскалился.

— Знаешь, за что ты будешь сейчас умерщвлен? — протяжно спросил он.

— Говоришь, как палач с приговоренным. Фу, как пошло, Рогволд…

— Да ты осознаешь, что твоя жизнь скоро закончится? — зло бросил бывший воевода.

— Все там будем, — безразлично ответил я.

— В таком случае, разговор у нас не получится.

— Да о чем с тобой разговаривать, а? — нервно рыкнул я, — Ты и прошлый раз хотел меня прикончить? И что?

— Всему свое время, Ларсик, — ощерился Рогволд, — может именно сейчас можно тебя убить? Раньше ты должен был выполнить миссию по уничтожению каганата, потому и отпустили тебя, — заявил он.

— Ой, не надо мне лапшу вешать, — я скривился, — отпустили они меня…Щаз! Лопухнулись вы, ребятушки, в прошлый раз.

Рогволд с небольшим замахом врезал мне в бок своим пудовым кулаком.