Мэйджорс раздобыл большую черную доску, на которой написал имя каждого из участников. Доску установили на небольшом возвышении за баром, который на время турнира будет закрыт для доступа публики. Один бармен и одна официантка будут обслуживать исключительно участников состязания.

Все телеграфные агентства были извещены о предстоящем событии. Газеты, радио — и телеканалы разнесли по стране весть о необычном мероприятии.

Наплыв туристов оказался огромным. Такое было в новинку; всем хотелось своими глазами посмотреть на выдающихся игроков, рискующих солидными суммами. Правила проведения турнира вывесили на видных местах в центральном холле.

Народ охал и ахал, узнав необходимое условие участия: желающий вступить в игру обязан положить перед собой на столе десять тысяч долларов.

Мэйджорс случайно услышал разговор одной пары, мужчины и женщины средних лет.

— Боже мой, Бен, сколько денег! — благоговейно понизив голос, воскликнула женщина, — Да-а-а. Тридцать четыре участника. — Бен быстренько подсчитал. — Значит, победителю достанется триста сорок тысяч долларов!

За вычетом расходов, подумал Мэйджорс, процентов клубу и чаевых.

Для обслуживания состязания выбрали восемь дилеров, которые уже заняли свои места. За каждым столом будет по четыре игрока и один работник казино — дилер, сдающий карты; еще два участника, которым не хватило места за столами, станут дожидаться своей очереди, которая придет, если кто-нибудь пожелает прекратить игру.

Может, конечно, случиться и так, что этим двоим вообще не придется поиграть. Этот щекотливый вопрос и разъяснял сейчас Мэйджорс собравшимся зрителям и участникам. Места за столами распределялись жеребьевкой. Каждый должен был вытащить из барабана небольшой запечатанный конверт с номером, указывающим на место за одним из столов. Два конверта были пустыми.

Все это Мэйджорс уже рассказал журналистам на пресс-конференции, а теперь готовился объявить об открытии Мирового покерного турнира. В зале было полно репортеров. Телевизионные камеры установлены, щелкают фотоаппараты, сверкают вспышки.

Когда Мэйджорс объявлял имя очередного участника, болельщики дружно аплодировали.

Фред Уайли пробормотал:

— Черт побери, я просто чувствую себя кинозвездой!

За одним столом с ним Мэйджорс увидел Томпсона. Тот уже начал обильно потеть и развязал галстук. Мэйджорсу и раньше приходилось наблюдать старину Билли Рэя в деле, и он знал: не долго ждать момента, когда он расстегнет ремень, снимет ботинки и будет шевелить под столом большими пальцами ног.

Мэйджорс взглянул на часы.

— Турнир объявляется открытым! — торжественно провозгласил он. — Желаю удачи каждому из участников!

Раздались громкие аплодисменты.

— Ну ладно, ребята, — сказал Билли Рэй, когда хлопки затихли, — вот вам для начала! — И он шлепнул перед собой пухлую пачку денег.

ЧАСТЬ 2

Деньги

Брент Мэйджорс подошел к столу, за которым сидел Томпсон, и встал рядом с дилером, Чарли Флиндерсом. Тот взял новую, запечатанную колоду и пустил ее по кругу, чтобы каждый из четырех игроков имел возможность придирчиво осмотреть ее. Потом вскрыл упаковку, отбросил лишние карты и принялся тасовать.

— Джентльмены, — обратился Флиндерс к сидящим за столом, — играем в покер, по пять карт, с открыванием.