Антонина смотрит на меня так, словно я только что рассказал ей, что лично знаком с Лениным. Ее глаза нервно бегают по моему лицу, а учащенный стук сердца слышен сейчас даже где-нибудь на просторах Млечного пути.

– И пришлите наконец уже контракт с изменениями моим юристам, – бросаю ей я и делаю шаг в сторону стойки регистрации. – Я просил убрать там все пункты про анал.

Руководство телеканала любезно согласилось на мою просьбу прислать для ознакомления контракты участниц, и как же я был удивлен, когда увидел там пункт «о сексуальном разнообразии», согласно которому каждая девушка давала добро на все виды секса со мной, в том числе и на анал, и на любые ролевые игры и мои фетиши, будь то БДСМ, фут-фетишизм, вуайеризм или ЖМЖ.

Благодаря бывшей жене теперь я прекрасно осведомлен, что порой происходит на подобных шоу, но я не планировал спать с каждой.

Хоть я и давно не практиковался, потому что Луиза искренне считала, что ни у кого нет времени на секс, пользоваться девушками я не собираюсь. Флирт, парочка свиданий, совместное катание на горнолыжных склонах – все, в чем я заинтересован на ближайшие тридцать дней.

И вместо того чтобы добавить в контракт пункт о том, что девушкам предстоят занятия по сноубордингу, эти извращенцы прописывают там пункт про анал. То есть, простите за прямоту, их не волнует, что участницы могут порвать себе коленные связки на склоне, главное, чтобы они рвали для меня задницы?

Просто прекрасная логика.

Когда я возвращаюсь к стойке регистрации, рядом со мной возникает Антонина. Она молча подписывает за меня какие-то бумаги, а затем просит следовать за ней к моему номеру.

Стеклянный панорамный лифт поднимает нас в люкс. Отсюда открывается роскошный вид на крутой склон, и я предвкушаю, как завтра буду скользить по нему на борде.

Сноубординг стал для меня чем-то вроде образа жизни. Все, чего я хотел с того момента, как мне исполнилось шестнадцать, – это ощущать адреналин, разливающийся по венам вместо крови, пока ты скользишь по снегу; чувствовать свободу, когда мчишься по самым крутым спускам, летишь, паришь, как большекрылый сокол; наслаждаться тем, как радость заполняет грудную клетку, пока ты покоряешь вершины.

Любой спорт – это зависимость. Бесконечная гонка. Азарт. И одна из причин, по которой я все же согласился на участие в этом «порно», как его называет моя бывшая жена, шоу, – мне хочется найти на этом горнолыжном курорте девушку, которая будет чувствовать на склоне то же, что чувствую я.

Возможно, кому-то это покажется глупостью. В конце-то концов, какая разница, что будет любить девушка, которая станет матерью моих детей?

Вот только после неудачного брака с Луизой я понял, как важно, чтобы вам было о чем говорить друг с другом.

О, и трахаться.

О том, как важно трахаться. Хотя бы иногда.

Но к этому шоу это точно никак не относится.

Беру листок со стола у входа в номер и, вскинув брови, поворачиваюсь к Антонине.

– «Поставьте галочки напротив тех сексуальных игрушек, которые вам нравятся»? – читаю вслух заголовок на нем.