У Джинджер странно звенело в ушах. Она чувствовала, будто ее голова наполнена воздухом. Он вывел ее на балкон подышать. Она не чувствовала раздражения, только какое-то лихорадочное возбуждение оттого, что история, которую он состряпал и которая тяжелым грузом легла ей на сердце, оказалась ложью от начала до конца. Снова ложь!

— Если ты закончил со своей невинной шуткой, — сказала она наконец, — может быть, перейдем к делу?

— Да, к делу, — согласился он, глядя на нее и не шевелясь. Потом он встряхнулся и собрал чертежи.

Следующие полчаса они изучали эскизы дома. Джинджер торопливо записывала его указания о размерах и местоположении потолочных светильников.

Когда они закончили, он сложил чертежи в пластиковую папку и передал ей. Потом уселся, откинувшись на спинку стула.

— Тебе понравилось?

Джинджер смерила его холодным взглядом.

— Ты заставил меня поменять планы на вечер. И еще спрашиваешь, нравится ли мне… То есть… я неплохо провела время. Было очень вкусно. А вот что касается компании, в которой я оказалась… — Она чувствовала: сердце бьется так, словно готово выскочить из груди. Ей стало жарко. Наверное, от его взгляда. Он смотрит на нее так, словно каждая клеточка его тела сосредоточена на ней. — Что ж, когда ты захочешь, ты можешь быть вполне занимательным собеседником…

К чему обманываться? Когда он рядом, по делу или без дела, она на седьмом небе. А без него ее жизнь скучна и пуста.

— Вообще-то я хотел спросить, нравится ли тебе твоя работа.

Джинджер понадобилось несколько секунд, чтобы понять: она неверно истолковала его невинное замечание. Она покраснела, мучительно припоминая, не сказала ли сгоряча чего-нибудь, что выдало бы ее с головой.

— Да, конечно! — Она глубоко вздохнула и преувеличенно внимательно посмотрела на часы. — Да, приятно заниматься полезным делом.

— Приятно, значит.

— Да, приятно! — отрезала она. — Так когда твой шофер заедет за мной? — Она встала и, придерживая волосы одной рукой, перебросила их через плечо.

Он некоторое время лениво наблюдал за ней, а потом встал — как раз вовремя, потому что раздался звонок в дверь. Водитель! Джинджер готова была обнять и расцеловать шофера.

— Знаешь, — медленно проговорил он, идя следом за ней к двери, — тебе не стоит так нервничать из-за меня. Я уважаю твою свободу. Раз ты так решила, отношения между нами будут исключительно деловыми.

От его ласковых слов Джинджер стало не по себе. Он не прикасался к ней, но его слова проникали в самую душу.

— Да, и ты поступил верно, иначе я не согласилась бы работать на тебя. — Джинджер почувствовала досаду и резко нажала на кнопку лифта. Приехал лифт, раздвинулись дверцы.

— Спасибо за ужин. — Она обернулась, прижав папку с чертежами к груди, словно защищаясь.

— Я провожу тебя до машины. — Прежде чем она возразила, он уже шагнул в кабину лифта.