|
. Ты открыл в каком-то непостижимом провидении единую сущность "А- и Б-субстанций". И получать их теперь кажется таким простым делом. Облучение по одному закону - "Б-субстанция", по другому - "А-субстанция"!.. Я быстро научилась это делать даже вдали от тебя, Буров. Я подготавливала к действию ставшие в новых условиях уже ненужными установки, когда-то привлекавшие к себе жадное внимание враждебных разведчиков, тщетно пытавшихся разгадать, где они находятся. Одно только их существование многие годы сдерживало развязывание атомных авантюр, предотвращая конец цивилизации. С грустной иронией я думала о том, что именно мне, когда-то засланной из-за океана шпионке, теперь доверено готовить группу таких стартовых устройств для новых задач. Я думала о тебе, Буров, когда поднялась на пригорок, откуда видно и озеро, и нивы на его берегу. Лес подходил к самому обрыву. Это был сосновый лес. Огромные, похожие одна на другую могучие сосны... А на обрыве росла одинокая тонкая березка, столь отличная от всех остальных деревьев... Ты забыл, наверное, о сказке, которую когда-то придумал для меня. А я не забыла. Ты рассказывал о березке... Художник нарисовал ее... И только один раз в день, когда солнечный луч падал на картину, тот, кто смотрел на нее, мог увидеть волшебное превращение березки в женщину... Герой твоей сказки до глубокой старости ждал, что девушка-березка сойдет к нему с холста. Я вспоминала твою сказку и думала, Буров, что ты тоже никогда не дождешься меня... Передо мной раскинулись два огромных озера, окаймленных лесом, голубоватым вдали. Одно было синее, в нем отражалось ясное небо, другое - золотое. Это были нивы. Хлеб вырос на отбитой людьми у льдов земле. Военные, ведавшие прежде старой установкой и приехавшие сюда вместе со мной, просили меня не отходить далеко. Но мне хотелось быть одной. Я бы не стала, Буров, описывать тебе того, что случилось, если бы... Но ты поймешь меня. Это было очень странное, пугающее зрелище. Я даже не знаю, в каком месте оно поразительнее, - на озере или над нивой. Вода в озере забурлила пузырьками, стала матовой, а над нивой в полукилометре от берега словно ветер взметнулся над колосьями. Потом из воды высунули носы исполинские рыбы. И в то же самое время над золотым полем хлебов, из-под земли выросли сразу несколько серебристых башен. И все это в полной кажущейся тишине. Звука еще не было слышно. Такими бесконечными казались мгновения! Потом башни вырвались из-под земли. И такие же башни выпрыгнули из воды, сквозь которые просвечивало пламя. Конечно, грохот уже докатился, обрушился на меня каменной лавиной крутых гор. Группа гигантских ракет на миг, тоже казавшийся бесконечным, замерла в воздухе, словно силилась порвать оковы притяжения. |
