Сбросив рюкзак, она встала на колени рядом с лисом. Тот откинул голову и закрыл глаза. Дышал он с трудом. Она наблюдала, как рывками поднимается и опускается его грудная клетка; свистящие вдохи вырывались из его груди в такт со свистом ветра.

За спиной Касси услышала тихую медвежью поступь. Боковым зрением (зрение ее было затуманено инеем на стеклах очков) она видела, что медведи приближаются.

— Еще немного, — пообещала она им.

Еще немного — и ее больше не будет на льду. Она будет на пути к Медведю. Если план сработает. Лисий мунаксари же должен прийти, правда?

А если полярный медведь будет умирать, никто не явится, подумала она. Их души… Она не знала, что случится с их душами. И если не будет никого, кто бы передавал их души новорожденным, то эти медведи, эти прекрасные медведи, вымрут уже в следующем поколении. Нет души — нет жизни.

Медведь рискнул всем, чтобы жениться на ней. Он доверял ей, думал, что она выполнит его единственную просьбу. А она не выполнила. Касси обхватила свой живот. Даже сквозь все эти слои одежды она ощущала выпуклость. Это… то, что он сделал… не оправдывало вреда, который причинила она сама — пусть и не нарочно — этим прекрасным медведям. Она должна была дойти до него.

Лис вздрогнул, и его грудная клетка оседала… все ниже и ниже… словно сворачиваясь под мехом. Больше он не дышал.

— Мунаксари! — выкрикнула она.

И ничего не увидела.

— Лисий мунаксари! — сказала Касси. — Мне надо поговорить с тобой от имени медвежьего мунаксари!

Он должен быть здесь. Запасного плана у нее не было.

— Ты знаешь полярного медведя? — раздался голос. Внезапно рядом с мертвым лисом появился еще один. Ощетинив мех, он выгнул спину, точно кошка. — Скажи ему, что я виню его в гибели моих лисиц. Его медведи ходят стадами, а мои лисы голодают. — Он ощерился, и солнце засверкало на острых резцах. — Я буду жаловаться смотрителю Арктики.

С его густым белым мехом и изящной мордочкой, он выглядел похожим на помесь пекинеса и персидского кота. Вид не сказать чтобы грозный. Но все же этот разъяренный комочек шерсти обладал могуществом мунаксари.

Касси с трудом поднялась на ноги.

— Подожди, выслушай меня! Медведь… медвежий мунаксари… он попал в беду. Мне нужно, чтобы ты подбросил меня до замка троллей. Он находится к востоку от солнца и к западу от луны.

Ее слова произвели мгновенный эффект: он словно переключился с ярости на тревогу:

— Он покинул своих медведей? Ох, мои лисы! — Лис откинул голову назад и завыл. — Мои лисы умрут от голода! Никто еще оттуда не возвращался. Он никогда не вернется!

Его крики проникали ей в самое сердце. Она закрыла уши, чтобы не слышать.

— Нет, он вернется! — воскликнула Касси. Ее мама ведь вернулась. Если Медведь смог спасти Гейл, то Касси может спасти Медведя. Она вернет его домой. Она все исправит. — Я могу его вернуть!

Вой оборвался; настроения у лиса менялись, как погода в весенний день. Теперь он молча уставился на нее.

— А ты кто? — спросил он наконец.

— Касси Дейсент, — ответила она. По мордочке лиса ничего нельзя понять. Он уже перешел от ярости к тревоге, а оттуда к задумчивости меньше чем за тридцать секунд. Пожалуйста, пусть он поможет ей.