— Займешь? — спросил в итоге Второй.

Наверное, посчитал, что собственных сил ему не хватит для задуманного.

— Разумеется.

Краем глаза заметила, что Теодоро снова подозрительно сощурился. Кажется, я снова сказала слово, которое он не мог увязать с простой цыганкой. Вот зачем иберийцам понадобилось учить альбинский настолько старательно? Вероятно, мне на беду.

Я подошла к брату сзади и положила руки ему на плечи, готовясь отдать часть своих сил. Для близнецов это дело несложное, мы практически единое целое.

— Не береги меня, возьми, сколько нужно, — сразу же сказала я Эдварду, опасаясь, что тот попытается отнестись ко мне с излишней заботой, которая в итоге погубит всех нас.

— Вечно ты лезешь из кожи вон, — проворчал Второй, а после ударил с такой мощью, что дом содрогнулся, должно быть, во всех измерениях, в которых существовал.

Пролом пробить действительно удалось, вот только вместе с ним появилось и гнетущее ощущение неминуемо приближающейся беды. Хозяева дома теперь точно знали о том, что гости весьма решительно настроены в своем желании обрести свободу несмотря ни на что.

— Кажется, кто-то идет, — пробормотала я и бросилась к зеву пролома, утягивая за собою и всех остальных.

— Кажется, кто-то очень недобрый, — добавил Эдвард и без слова протеста понесся вслед за мной.

Сзади доносились проклятья иберийцев, которым все происходящее не нравилось категорически, в том числе необходимость бежать непонятно куда сломя голову. Ничего, то ли еще будет. Чует мое сердце, если выберемся сегодня, бегать нам придется не раз и не два. Потому что, как бы ни были мы с братом сильны и решительны, однако лучше избежать стычки, особенно, если нет уверенности в победе.

— За нами гонится чернокнижник или фэйри? — каким-то чудом умудрился на бегу задать вопрос Второй.

— А разница? — выдохнула я и прибавила ходу.

Пространство вокруг нас было скомкано, искривлено и только след заклинания Эдварда вел нас вперед словно путеводная нить.

Вот выберемся, и я выскажу им всем троим, что думаю о такой самонадеянной глупости. Как только ума хватила полезть в пасть врагу втроем, да еще и наверняка не предупредив отца, который могу бы прийти на помощь в критическом положении.

— Кажется, нас догоняют, Е… — закричал в панике Второй, все же сумев вовремя остановиться и не выдать меня.

Я тоже чувствовала, как нечто действительно сильное и опасное приближалось с каждой секундой все больше и больше. Придется дать бой, пусть этого и так сильно не хочется делать. Я отличалась смелостью, но не любила нападать, не зная, на что именно способен мой противник, вот только выбора нам никто не предоставил.

Впереди в проломе виднелся какой-то большой зал, который показался мне более удобным местом для схватки, чем узкий коридор, который пробил своим заклинанием Эдвард.

— Ходу, — скомандовала я и припустила так, что разом заныли ноги. Легкие так и вовсе словно бы горели.

Молодым людям не оставалось ничего другого, кроме как поспешить следом. Импровизированная веревка, которую никак нельзя было выпускать из рук, не давала снизить скорость.

Попав, наконец, в зал, я испытала непонятное облегчение. Хотя на самом-то деле это не было нашим спасением, даже и близко не было.

— За спину, — приказала я иберийцам.

Тех определенно смутил мой тон, но все-таки джентльмены сочли за благо подчиниться велению цыганской ведьмы.

Мы стояли с братом плечом к плечу и выжидающе смотрели в пролом, ожидая то, что должно было появиться.