– Как вы себя чувствуете? – негромко спросил он.

– А что, собственно, случилось? – негодующе фыркнула она.

Участие исчезло с его лица, и он сухо произнес:

– Я вижу, даже страх не меняет твоего дурного нрава.

– Какой страх? – нетерпеливо спросила она. Нахмурившись, он проговорил:

– Возможно, я ошибся, но мне показалось, что твоя лошадь понесла. Боялся, что ты разобьешься.

– Играете в благородство? – Она насмешливо улыбнулась. – Должно быть, непривычная для вас роль.

Джейсон прислонился к широкому шершавому стволу дерева и скрестил ноги.

– Пожалуй, мне доставит удовольствие приручить тебя, малышка. Чувствуется, Клайв испортил тебя. Наши отношения обещают стать бурными, но мы поладим.

Она только дико сверкнула глазами и от ярости не могла произнести ни слова. Казалось, они душили ее, пока она с трудом выталкивала их из себя:

– Ты, глупый, безмозглый, неотесанный грубиян, неужели и вправду думаешь, что я стану твоей любовницей, чтобы только доставить тебе удовольствие?

Улыбаясь, он медленным взглядом окинул ее тонкую фигурку, задержавшись на трепещущей, обтянутой тонкой материей груди, на изгибах девичьего стройного тела. Он вдруг понял, что под верхней одеждой на ней ничего нет.

Внезапно сменив свою ленивую позу на маневр нападающей пантеры, он грубо схватил Кэтрин и требовательно прижался к ее губам. Поцелуй его был почти груб, он делал ей больно, но по мере того, как его опытные губы дольше прижимались к ее губам, откуда-то взялось чувственное тепло, охватившее ее всю целиком. Кэтрин, не ведая почему, обхватила руками его шею, дрожащими пальцами лаская его густые черные волосы, все ее существо таяло в блаженстве, она прижалась к нему, не думая больше ни о чем.

Он впился в нее своим сильным телом, его длинные ноги сплетались с ее ногами, поцелуй становился все более страстным, руки его заскользили по спине Кэтрин, спустились ниже, сжимая ее упругие ягодицы. Она уже не сопротивлялась, прислушиваясь к его растущему возбуждению. Чувственное нетерпение потянуло их к земле. Раздвинув ее губы своими, он ласкал ее языком, и это было приятно и не хотелось освободиться из сладкого плена. Джейсон тихонько расстегнул кофточку, дотронулся до теплой нежной кожи. Неведомое чувство охватило Кэтрин, когда, он прикасался к ее молодой твердой груди, она не противилась, совершенно лишившись сил, чувствуя только, что не хочет останавливать его. Ей сейчас хотелось одного – чтобы эти ласки длились бесконечно!

Полулежа, перекинув одну ногу через ее бедра, Джейсон поцеловал впадинку у ее горла, потом губы его скользнули ниже, нашли ее грудь и обожгли соски. Потом он опять припал к ее губам, чувствуя, как страстно прижимается она к нему в безотчетном порыве. Вдруг теплая тяжесть его руки оказалась у Кэтрин на животе, потом ниже, потом скользнула между ног, вызвав тихий сладостный стон, тут же заглушенный новым поцелуем. Неизведанное, звенящее, обжигающее чувство выгибало ей спину, толкало навстречу искусным ласкам.

В тумане сладостного паралича откуда-то из глубин мозга прозвучали сигналы опасности. Кэтрин вдруг попыталась оттолкнуть Джейсона, но он только приглушенно рассмеялся, лаская нежную кожу ее бедер. Но слабый сигнал опасности уже перешел в набат. Теперь она осознала всю зыбкость ситуации.

В порыве отчаяния она попыталась разнять могучие тиски его рук. Пока не поздно! С удивившей ее саму силой она освободилась от его объятий и вскочила на ноги, тяжело дыша, чувствуя, как горят губы, и глядя на него широко открытыми, испуганными глазами.

Он протянул руку, чтобы снова схватить ее, но она увернулась, вскрикнув от ужаса. Гибким движением поднявшись с земли и чувствуя, как туго натянулись бриджи, он сердито сузил глаза и прорычал:

– Сколько? Во сколько ты ценишь свои услуги? Собственный экипаж? Путешествие в Лондон? Париж?

– Па… Париж? – она запнулась на этом слове, ее поразило, что желание заставило его сделать такое предложение.