Она почувствовала его рядом, но в сонном забытье решила, что это ей снится. Но кот да он начал снимать с нее черный бархатный халат, всякая эйфория исчезла, нахлынули воспоминания, и она судорожным движением попыталась уклониться от его рук.

Джейсон тихо рассмеялся, легко удержав свою пленницу:

– Тихо, тихо, моя кошечка. Еще немного и ты поймешь, что, если я принял решение, сопротивляться бесполезно.

Глядя снизу в его зеленые глаза, в губы, шептавшие гак близко от ее губ, Кэтрин признала свое поражение. Как бы сильно она ни боролась, Джейсон все равно одержит верх. И какое это теперь имеет значение? Ей больше нечего терять. И он это прекрасно понимает, подумала она с горечью.

Он не торопился, наслаждаясь прикосновением к ее атласной коже, ею руки и губы следовали по изгибам и выпуклостям молодого соблазнительного тела. Она слабо сопротивлялась зарождавшимся в ней приятным теплым волнам, и вдруг, вздрогнув, сама подняла лицо навстречу его губам и обхватила руками его шею. Он тут же ответил требовательным поцелуем, потом, переместившись, утопил ее в мягкой постели своим длинным загорелым телом. Руки его обхватили ее ягодицы, и она ошеломленно почувствовала у своего живота его горячую напрягшуюся плоть. Потом услышала его глухой голос:

– Дотронься до меня, детка, почувствуй, как я хочу тебя.

И он ловко направил вниз ее замешкавшуюся руку и застонал от наслаждения, почувствовав ее прикосновение. Мгновенно воспламенившись, он проник языком в сладостную мягкость ее рта, гладил ее бедра, и Кэтрин потрясло нетерпеливое желание вновь принадлежать ему. Она выгнулась дугой, и он, видя ее готовность отдаться, тут же нежно проник в нее.

На этот раз его движения были осторожны и медленны, он наслаждался прелестью ее тела, а Кэтрин тоже начала двигаться вместе с ним. Он осыпал поцелуями ее рот, глаза, уши. Повинуясь охватившему ее чувству, она цепко обхватила его спину, извиваясь, встречая своим движением каждое его движение, и наконец долгожданное наслаждение затопило ее.

Кэтрин была ошеломлена своим порывом. Он заставил ее отвечать на ласки, дал ей самое большое наслаждение, которое может дать мужчина, и благодаря ему она ощутила власть и притягательность своего тела. Он не спешил покинуть ее, как будто не чувствовал усталости, желание не оставило его, он нежно касался ее лба, носа, потом осторожно поцеловал.

И тут Кэтрин увидела у него золотой браслет, но так как все события этой ночи казались нереальными, она не спросила ни об этом браслете, ни о том, как он узнал, что она будет в таборе на свадьбе. В этот момент ей показалось естественным, что странный молодой человек, так неожиданно вторгшийся в ее жизнь и лишивший ее девственности, носит такое варварское старинное украшение. Оно было частью самого Джейсона и совсем не удивило ее.

Наконец с видимым сожалением он лег рядом, но не хотел отпускать ее, положив одну руку ей на бедро, потом поцеловал ее в голову и сказал:

– Хм… малышка, я могу все бросить ради тебя. Хорошо, пожалуй, что я не встретил тебя раньше.

У Кэтрин слипались глаза: утомленная необычными ласками, взрывом собственных эмоций, она прильнула к нему. Почувствовав, как его грудь затряслась от негромкого смеха, отодвинулась. Сейчас ее не было на этой земле. Безумно хотелось только одного – спать! Беспокойство придет к ней позже. Много позже!

Глава 15

Джейсон проснулся как от толчка. В комнате было еще темно, но чувствовалось, что рассвет близится. Какое-то мгновение он лежал, не понимая, что его разбудило. Кажется, это был запах зажженной свечи?! И через секунду обнаружил, что маленькая цыганка уже не прижимается к его плечу – ее вообще нет в постели! Чуткий слух его уловил какие-то слабые звуки; словно кто-то незнакомый с обстановкой комнаты движется на ощупь в чернильной темноте.