— Ну и остроты у вас, Кэйтлин!

— Моя жена, бедняжка, упокой Господи ее безгрешную душу, тоже так говорила!

— Вы, должно быть, по ней скучаете?

— Да, Кэйти, скучаю, и с каждым днем все больше и больше. Как можно не скучать по жене! Впрочем, язык у нее был ядовитее змеиного жала. Ладно, подружка. Пошли выпьем! А то наш буфет мне порядком надоел! Особенно эти салаги, которые здесь гужуются!

Кэйт пошла вслед за Кэйтлином к выходу. Она и сама была не прочь выпить.

Илэйн и Джордж сидели за кухонным столом друг против друга. Перед ней стояла чашка кофе, который он сварил, с молочной пенкой. Джордж молча потягивал свой кофе и время от времени улыбался.

— Илэйн, — произнес он наконец едва слышно, но Илэйн буквально подскочила на стуле.

— Не бойся, Илэйн. Я не сделаю тебе больно. И никогда не делал. Она закусила губу.

— Я, дорогая, не хотел убивать, но так уж случилось, поверь мне! — Он развел руками. — Не знаю, что на меня нашло. Они все у меня перед глазами, все, как одна, эти шлюхи!

Он словно обращался к самому себе и в подтверждение своих слов кивал головой. Ногти Илэйн вонзились в ладони.

— Все, даже эта сучка О’Лири со своими детьми! Но детям без нее лучше — поверь мне! Это надо было видеть, Илэйн! На ней даже колготок не было, а ведь на улице подмораживало! Настоящая блядь! Грязная вонючая блядь!

Илэйн зажала уши, чтобы не слышать его голоса, и, когда Джордж поднялся, в ужасе кинулась к двери. Но он успел схватить ее за волосы, причинив нестерпимую боль. Илэйн вскрикнула, из затянувшейся было раны на голове засочилась кровь. Точным, выверенным движением Джордж швырнул Илэйн на пол — он полностью отдавал себе отчет в том, что делает.

— Ты, Илэйн, все знала и теперь корчишь из себя судью, да? — спрашивал он, стоя над ней и покачивая головой.

От его ударов губы у Илэйн распухли и во рту появился привкус крови.

— Почему ты не развелась со мной, а? Почему все эти годы была живым напоминанием о том, что я тогда совершил?

Он с такой силой ударил ее в живот, что она стала задыхаться.

— Ты узнала мою маленькую тайну и теперь мне придется убить тебя! Понимаешь? Я просто не могу оставить тебя в живых!

Джордж вздохнул раз, другой. Илэйн глядела на него глазами, полными слез. Он был в сильном возбуждении. Да он чокнутый! — дошло вдруг до Илэйн с поразительной ясностью. Безумный! Никогда больше она не увидит Хэктора, своих подруг. Вообще никого! Она может считать себя мертвой.

Перешагнув через нее, Джордж вышел в прихожую, замурлыкав свой любимый мотивчик. Эта его привычка всегда действовала ей на нервы. С того места, где она лежала, ей было видно, как он вытаскивает из-под гардероба в прихожей половицу. Превозмогая боль, Илэйн с трудом встала на колени и, хватаясь руками за стену, попыталась подняться. Весь пол был в крови, и, когда, покачнувшись, она попыталась удержать равновесие, капли крови потекли вниз по подбородку и потом за пазуху.

Из-под половицы Джордж вытащил армейский складной нож и, вздохнув, решительно двинулся к Илэйн с таким видом, будто собирался наказать непослушного ребенка.

Она услышала его вздох и хотела выбежать через заднюю дверь на улицу, но в этот момент нож, вспоров ее шерстяной джемпер, вошел под лопатку. С торчавшим в спине ножом, обливаясь кровью, Илэйн побежала вокруг кухонного стола. Джордж, словно завороженный, смотрел на нее. Потом покачал головой. Вечно с этой Илэйн неприятности.

Сделав еще несколько шагов, Илэйн упала на колени и стала хватать ртом воздух. Джордж аккуратно вытащил у нее из-под лопатки нож и занес его над ее головой. В этот самый момент Илэйн повернула голову и посмотрела ему в лицо:

— Джордж! Пожалуйста… пожалуйста, Джордж!.