Пока Марк усаживал его, Эдвард успел обежать глазами собравшихся, и ему сразу стало тревожно.

Прямо напротив себя Эдвард увидел разместившегося в большом кожаном кресле Джеффри. Он был элегантно одет, тщательно выбрит и производил впечатление вполне здорового человека. Заметив, что Джеффри не отрываясь смотрит на него, Эдвард поспешил отвести глаза в сторону и внутренне содрогнулся от ужаса.

Первым его побуждением было бежать, но он понимал, что не сможет выбраться из переполненной библиотеки. В эту минуту по комнате пронесся негромкий гул, похожий на порыв ветра, и все головы повернулись к двери, чтобы рассмотреть того, кто вошел. Эдвард тоже перевел взгляд к двери и обомлел.

Она была удивительно хороша в золотом и зеленом. Эдвард увидел перед собой знакомое лицо, услышал мелодичный голос, и на какое-то мгновение у него остановилось сердце.

«Евангелина? – смятенно метались мысли в голове Эдварда. – Нет, она умерла. Виктория? Это тоже невозможно. Но тогда кто она?»

Вошедшая посмотрела прямо в лицо Эдварду и улыбнулась:

– Вот вы где, дядя Эдвард.

Он застыл как вкопанный, а юная женщина бросилась через всю комнату и впорхнула в его объятия. Щеки Эдварда коснулись теплые мягкие губы. Затем она заглянула Эдварду в глаза и улыбнулась:

– Я напугала вас, дядя Эдвард? Простите. Ну скажите, что вы прощаете меня.

Эдвард посмотрел на красавицу, которую держал в объятьях, сначала недоуменно, потом с восхищением, и наконец его губы медленно раздвинулись в улыбке.

– Прекрасно, – сказала она, снова целуя Эдварда в щеку. – Вы больше не хмуритесь, вы улыбаетесь, и это означает, что я прощена. Спасибо, дядя Эдвард.

Услышав слово «дядя», Эдвард сумел вернуться на твердую землю. Он взял себя в руки и нежно поцеловал юную женщину в щеку, сказав с улыбкой:

– Добро пожаловать домой, Виктория.

– Благодарю вас, дядя Эдвард. Я очень рада, что наконец вернулась.

Эдвард опустился на стул, а юная леди тем временем пробралась к своему месту.

«С ней нужно быть начеку», – подумал Эдвард, провожая Кэтрин пристальным взглядом.

Кэтрин обвела взглядом собравшихся, примечая, кто где расположился. Джейми она увидела стоящим у окна, а Гаррета – сидящим возле двери. Марк устроился в центре первого ряда, а Майлс стоял напротив нее, прислонившись к стене. Такое размещение тоже было составной частью их плана. Теперь, куда бы Кэтрин ни повернула во время речи голову, она всегда могла увидеть знакомое лицо и обращаться непосредственно к своему другу.

Кэтрин наклонилась к Джеффри, сидящему слева от нее, и шепнула ему на ухо:

– Все, что я собираюсь сделать, я буду делать только для тебя, папа. Пожелай мне удачи.

Она поцеловала его в щеку, и на душе у нее стало легко, когда он улыбнулся ей в ответ и даже слегка подмигнул. Эта секунда придала Кэтрин уверенности в себе, и она решительно выпрямилась, отставив к стене свой стул.

– Надеюсь, джентльмены простят меня за то, что я буду говорить стоя. Я знаю, что это противоречит правилам этикета, но кто из вас не знает о том, что Виктория Карлайл никогда не жила с оглядкой.

По комнате пролетел смешок, и Кэтрин поняла, что начало прошло удачно.

Когда в библиотеке снова установилась тишина, Кэтрин продолжила:

– Мы с отцом рады приветствовать вас в Четэм-Холле. Мы просили вас приехать сюда по целому ряду причин. Во-первых, нам хотелось, чтобы вы все увидели своими глазами и убедились в том, что слухи о кончине семьи Карлайл были несколько… э-э… преждевременными. Как видите, все мы живы и здоровы. – Она указала кивком головы на Джеффри и продолжила: – Мой отец действительно перенес удар, причем такой сильный, что большинство мужчин на его месте отправились бы в могилу, однако всем известно, что Джеффри Карлайл умеет держать любые удары.