— О! А вот и он! — радостно воскликнула Жаннет. — Синь…

Ксав мгновенно зажал ей рот ладонью.

— Тихо, детка, тихо! — прошептал он, после чего решительно пересадил Жаннет на колени опешившему соседу, схватил кружку с вином и, шатаясь, как палуба в бурю, побрел наперехват вошедшему. Сбив по пути пару шляп, опрокинув табурет и поцеловав в лысину боцмана «Святой Инессы», Куто пришвартовался к искомому брюнету. Тот брезгливо попытался отодрать от себя жизнерадостного пропойцу, но не успел ничего сообразить, как его рука оказалась вывернутой за спину. А еще через мгновение «генуэзец» убедился собственной щекой, что пол в трактире моют редко. Брюнет рванулся, но этот опрометчивый поступок привел к тому, что со словами: «Не советую, гражданин, не советую…» его слегка стукнули за ухом, и итальянскому торговцу Джулио Липпи ничего не осталось, как временно отключиться.

— Хорошо, все-таки, что природа позаботилась и выдала дону Эстебану такую уникальную примету, — Ксав с аппетитом поглощал телятину, запивая ее белым вином.

— Да уж, — Артур лежал, опираясь на гору подушек, — если бы не белая бровь, вряд ли ты бы его узнал. В остальном-то Эстебан довольно ординарный смазливый юнец.

— Ага, как же! — обиделся Ксав. — Не всем же, как вам, сэр, особые приметы прямо в нос тычут! Он ведь не совсем дурак и брови подмазывает сурьмой. Так что везение здесь ни при чем. Я его вычислил дедуктивным методом. Тут сработали три фактора: вот это, — он постучал пальцем по лбу, — это, — повертел руками, — и это, — дернул себя за пояс.

Суорд, улыбаясь, слабо махнул рукой:

— Не пыли, я и так тебе верю. — Тут он с любопытством взглянул на талию Куто. — Только объясни как работает третий фактор?

Ксав удивился.

— Привет! А руки бы я чем связал синьору диверсанту? Носовым платком? Зато как классно получилось! — загорелся он воспоминаниями. — Это я в «Рожденной революцией» подсмотрел! — похвастался Куто и вздохнул: — Хотя веревочкой все же надежней было бы…

— Может, тебе еще и наручники с маркой «Made in USSR»? — рассмеялся Артур, морщась.

— Э-э! — встревоженно всмотрелся в бледное лицо друга Ксав. — Без эксцессов, пожалуйста. А то мне Питеру придется хладный труп предъявлять вместо его героического и таинственного спасителя, пожелавшего остаться неизвестным…

— Много ему дела до меня! — помрачнел Артур. — Он, небось, на седьмом небе сейчас — твою протеже имеет возможность каждый день лицезреть.

— Разве что у него видеофон есть, — невозмутимо прихлебывая вино, заявил Куто.

— Не понял? — воздел брови Суорд. — Да оставь ты кувшин в покое! Его уже выкручивать пора — все выдул, пьянь неуемная! — вспылил он.

— Во-первых, не жадничай! Ты свою порцию принял, как я и прописал, перед едой. Теперь лежи и переваривай. А во-вторых, поскольку в сие время темное и неученое отсутствует не только видеофон, но даже вшивенькое радио, то Питеру для лицезрения, как вы изящно выразились, моей протеже пришлось бы перейти на роль пассажира «Южной Звезды». Ибо у мисс Арабеллы Бишоп случился очередной приступ стервозности, который и привел ее в день твоих героических эскапад на вышеупомянутый корапь. Я доходчиво выражаюсь?

Артур возвел очи горе́, откинулся на подушки и закрыл глаза. На его лице расплылась невольная улыбка.

— Как мало надо человеку для счастья! — подпер Ксав голову ладонью.