Брэдан раздраженно тряхнул головой.

— Знаешь, на кого ты похож, когда вот так трясешь головой? — смеясь, спросила Фиона и сама же ответила на свой вопрос: — На одну из обезьянок, с которыми выступают шуты на рыночных площадях.

— Ладно, Фиона, я на тебя не в обиде, — миролюбиво проговорил Брэдан. — Ведь твой костюм еще более нелеп, чем мой. Так что мы в расчете. Нам пора идти, хватит пустословить, иначе мы за целый день так ничего и не сделаем.

Взяв набитый монетами кошелек, Брэдан привязал его к своему поясу, и они вышли из комнаты.

Приподнятое настроение не покидало Фиону, пока они шли по улицам Лондона. Они миновали Бейкер-стрит, улицу, наполненную ароматами свежеиспеченного хлеба, и Милк-стрит, по которой гуляли коровы и где пахло далеко не так аппетитно. И вот наконец впереди блеснула водная гладь реки.

Они остановились на берегу. Здесь, как всегда, царило оживление. Через Темзу можно было переправиться двумя способами: на лодке или по мосту. На Лондонском мосту было многолюдно. В толпе сновали разносчики еды и уличные торговцы, в воздухе перемешались самые разнообразные запахи. Фиону оглушил шум толпы. Она не любила город за суету, постоянную давку и грязь.

— Что скажешь, Брэдан? — спросила она своего притихшего спутника. Ей приходилось почти кричать, так как царивший вокруг шум заглушал ее голос. — Наймем лодку или заплатим мостовину и перейдем на другой берег по мосту? В последнем случае нам придется долго ждать своей очереди, а потом медленно двигаться в плотной толпе. Думаю, мы доберемся до Саутуорка лишь после полудня.

— Если мы перейдем реку по мосту, то потеряем много времени, а если переправимся на лодке, то потратим много денег. А они необходимы нам для подкупа и взяток. Задаром нам никто ничего не расскажет.

Рассеянно слушая Брэдана, Фиона не сводила глаз с толпы людей, идущих по мосту со стороны Саутуорка. Они уже приближались к будке, где взимали мостовой сбор, когда она заметила в толпе нескольких женщин в полосатых чепцах, которые закон предписывал носить проституткам.

Дрожь пробежала по телу Фионы, и это не укрылось от внимания Брэдана.

— Что с тобой? — спросил он, с беспокойством глядя на нее.

— Ничего, все в порядке, — выдавила из себя Фиона и слабо улыбнулась. — Я думаю, нам следует сэкономить деньги и перейти реку по мосту. Ты не возражаешь?

Брэдан был доволен ее решением, и они направились к мосту. Фиона шагала с беззаботным видом, стараясь не выдать своих эмоций. Уличные проститутки напомнили ей прошлое. Заплатив небольшую сумму, они стали протискиваться сквозь плотную толпу, очень медленно продвигаясь вперед. Дальше толпа поредела, и здесь можно было двигаться уже быстрее. Фиона и Брэдан прошли мимо калеки на костылях, ссорящейся парочки и мужчины с тележкой. И тут Фиона снова заметила впереди полосатые чепцы. У нее защемило сердце. Она как зачарованная не могла отвести от них глаз. В памяти Фионы снова возникали картины прошлого, которое она так старалась забыть. Как-то еще ребенком она вышла утром к арке этого моста, чтобы встретить мать, которая каждую ночь работала на улице или в борделях.

Тогда Фиона еще не понимала, почему ее мать уходила из дома, как только опускались вечерние сумерки, но от души радовалась ее возвращению. И вот, не усидев в своей каморке, расположенной над скобяной лавкой, где всегда стоял тяжелый запах металла и стучали молотки, девочка побежала к реке, чтобы встретить маму и вместе с ней вернуться домой.

Рано утром на мосту было не так многолюдно, как днем, и Фиона быстро заметила в толпе мать. Ее густые каштановые волосы сияли на солнце. Она шла медленно, опустив голову и едва передвигая ноги от усталости. Фиона уже была готова броситься к ней. Ей не терпелось рассказать о найденном накануне вечером возле мясной лавки пенсе.