Дождавшись, когда шум поутихнет, он повернулся к разбойникам.

— Все вы прекрасно знаете, как я ненавижу человека, которого мы сегодня захватили в плен, — начал он, стараясь, чтобы его слова звучали убедительно. — Он, несомненно, должен быть приговорен к смерти за совершенные преступления. Но если мы устроим самосуд, то поступим опрометчиво. Мы не должны вести себя как дикари, не считающиеся с законом. Поэтому я не поддерживаю идею судить самим лорда Дрейвена.

— Но остальные почему-то со спокойной совестью вершат самосуд, де Кантер, — с негодованием заметил Коутрел. — Любой горожанин без суда и следствия может казнить человека, объявленного вне закона, и не понесет за это никакого наказания, поскольку закон на его стороне. Черт подери, почему в таком случае мы не можем поступить так, как считаем нужным?

— Подожди, Юстас, — остановил его Уилл, стараясь перекричать поднявшийся гул голосов. Разбойники поддерживали Коутрела и требовали устроить самосуд над Дрейвеном. — Я, как и де Кантер, не питаю к этому ублюдку особой любви. Но считаю, что Брэдан прав. Мы сделали все, чтобы добиться осуждения Дрейвена в королевском суде. Он должен понести суровое наказание согласно закону. Скоро сюда приедет главный судья графства и…

— Мы знаем о приезде судьи! — проревел Коутрел, перебивая Уилла. — Именно поэтому нам надо спешить. И поскольку де Кантер не желает участвовать в судебном разбирательстве, пусть роль главного судьи возьмет на себя Клинтон Фолвилл. А сейчас я обращаюсь к вам, ребята! Кто из вас желает войти в состав суда?

Видя, что от желающих нет отбоя, Брэдан понял, что ему не удастся предотвратить самосуд. Он крепко обнял Фиону за плечи, наблюдая за действиями разбойников.

Тем временем к Дрейвену сквозь толпу протиснулось несколько человек. Взяв пленника под стражу, они отвели его к столу, стоявшему под одной из арок главного зала. Здесь должен был состояться импровизированный суд. Вскоре место за столом заняли двенадцать человек во главе с Клинтоном. Им поручили провести судебное слушание и вынести приговор.

— Это пародия на суд, — возмущенно заявил Дрейвен. — Никто из вас не уполномочен вершить правосудие…

— Готовы ли судьи выслушать перечень преступлений, в которых обвиняется этот человек? — громко спросил Клинтон, игнорируя жалобу Дрейвена.

— Да, — нестройным хором ответили собравшиеся за столом разбойники, игравшие роль судей.

— Отлично, — продолжал Клинтон. Выйдя из-за стола, он начал расхаживать взад и вперед, заложив руки за спину. — Кто-нибудь из присутствующих может выдвинуть обвинения против Кендрика де Лейси, лорда Дрейвена, в том, что он захватывал чужое имущество и земли?

— Да, я могу! — раздался голос из толпы, и вперед вышел человек, одетый в лохмотья. — Дрейвен отобрал у меня половину домашнего скота и урожай зерна. А когда я по этой причине не смог заплатить налоги, то лишился последнего, и он объявил меня вне закона!

— То же самое произошло и со мной, — заявил какой-то старик, нервно теребя в руках шляпу.

— И со мной тоже! — послышались голоса в толпе.

Многие из присутствующих могли бы обвинить Дрейвена в алчности и корыстолюбии.

Когда шум немного стих, Клинтон, покачиваясь с пятки на мысок, продолжил свою речь.

— Я тоже хочу предъявить лорду Дрейвену обвинение, — заявил он. — Из-за него я потерял свои земли и родовой замок. У меня произошла ссора с соседом, и Дрейвен лжесвидетельствовал во время судебного разбирательства против меня. В результате я лишился всего своего имущества. — Клинтон замолчал и с торжественным видом обвел взглядом всех присутствующих.