Попытки Эллис вмешаться только все испортили. Она поехала к Флаглерам, думая, что если сможет поговорить с миссис Флаглер, как мать с матерью, то ей удастся разомкнуть этот круг. Но Уоррен Флаглер вернулся как раз тогда, когда она готова была начать разговор, и буквально вытолкал ее из дома.

«Вы просто нахалка, леди! — прокричал он, приблизив свою бульдожью морду к ее лицу. — Вы и ваш сын, вы двое — пара гнилых яблок. Если я еще раз увижу кого-нибудь из вас возле членов своей семьи, я вызову копов!»

И все-таки дело обстояло не так плохо. По крайней мере теперь она знала, что Джереми будут судить честно. С одной стороны, прокурор округа, вместо того чтобы оказывать услугу мэру, будет стараться держаться от него подальше. С другой стороны, судья Воукс только на прошлой неделе ушел в отставку, предположительно по состоянию здоровья (хотя Колин не сомневался, что он был связан с мэром и просто пытался избежать позора), и на это дело был поставлен новый судья, который, по мнению Колина, должен был быть более снисходительным.

Колин… Как всегда мысль о нем принесла с собой острую боль сожаления. Но может, и хорошо, что ничего у них так и не вышло. Возможно, ей суждено быть с Рэнди. Может, поэтому он и не женился повторно? Потому что в глубине души все это время ждал ее?

От этих мыслей ее отвлекла Кальперния, которая стояла напротив и размахивала руками: «На старт. Внимание…» Эллис удивленно посмотрела на нее, и Кальперния сказала:

— Малышка, если ты не сделаешь перерыв и не пойдешь в отпуск, это скажется на твоем внешнем виде.

Эллис ничего не ответила, сделав вид, что ищет щипцы для крабов среди остатков панцирей на столе. Неужели окружающие видят ее насквозь? Так и с Колином… Наверное, все, что она чувствует, написано у нее на лице. Эта мысль вызвала раздражение, и Эллис почувствовала себя такой же уязвленной, как в тюрьме, когда соседка по камере, Норма Фунтес, схватила ее дневник и, размахивая им, принялась зачитывать вслух…

Видя, что Кальперния никак не отреагировала на ее недовольный вид и не сдвинулась с места, Эллис запротестовала:

— Я не могу просто уйти. А как же все это? — Она указала на крабов, которых необходимо было почистить, на овощи, которые нужно было нарезать, на куриные грудки, которые надо было разделать. И это только для первого блюда.

— Я здесь тоже не отсиживаю задницу. — Кальперния уперла руки в бока, лицо ее стало упрямым. Слова «нет» в ее лексиконе не было. — И если этот парень не может перенести некоторую суматоху в кухне, то он не на своем месте, — сказала она, имея в виду Террела Луиса, повара блюд быстрого приготовления, который работал на подхвате. Пока что Террел показал себя только с хорошей стороны, но он ушел по поручению в город и его не будет как минимум час, а Эллис еще столько всего нужно сделать…

— Я в самом деле не могу. Я уже брала столько выходных… — настаивала она, думая о часах, потерянных из-за судебных тяжб. Странно, что ее бизнес до сих пор не рухнул.

— Из-за часа или двух ничего с тобой не станется. Как и с аппетитом посетителей. Они будут есть то же, что и всегда, даже если это приготовил сам черт.

Видя, что подруга не собирается отступать, Эллис сдалась.

— Хорошо, я пойду. Но если мы не будет успевать с заказами, вся ответственность упадет на тебя, — проворчала она, снимая форму.