— Спасибо, ничего. — Оуэн наблюдал за тем, как Гарри с напряженным видом опустился на диван, словно нашкодивший школьник в кабинете учителя. — Не хотелось бы отнимать у вас много времени.

— Чепуха. Я всегда найду время для своего заместителя начальника полиции. — Оуэн подкатился поближе к дивану и магнитные колеса его «Invacare Tracer EX 2» оставили двойные борозды в густом ворсе ковра. — Признаюсь, приятно сознавать, что есть человек, на которого всегда можно рассчитывать. — Он взмахнул рукой в сторону окна, откуда влетали крики скандирующей на улице толпы. — Может, нам нечасто удается встретиться с глазу на глаз, но мы оба знаем, как довести дело до конца. Даже если при этом придется кому-то изрядно пощипать перышки.

Он коротко рассмеялся, краем глаза глядя на свое отражение в зеркальном шкафу около стены. Увиденное его не порадовало: бледный лысеющий человек в слаксах и флотском спортивном пиджаке поверх бледно-голубой рубашки. Верхняя часть его тела была непропорционально большой и грузно нависала над атрофированной нижней. Несмотря на внешнюю уверенность, в нем чувствовалась изрядная доля напряжения, которое залегло в складках вокруг глаз и рта и в болезненной бледности, проступающей сквозь загар, отчего лицо приобрело желтушечный оттенок. Он досадливо отвернулся, сосредоточив все внимание на Гарри.

Гарри поерзал на диване. Глаза его бегали, словно он избегал встречаться взглядом с Оуэном, опасаясь, что глаза его выдадут. Когда стало ясно, что мэр не торопится переходить к делу, он откашлялся и спросил:

— Вы хотели со мной встретиться по какому-то конкретному вопросу?

— Вообще-то да. — Оуэн выждал дольше, чем требовалось, и только потом изложил цель встречи: — Я хочу знать о твоей свояченице все. Следи за ее перемещениями и докладывай мне. Она не должна и шагу ступить без моего ведома. Я ясно выразился?

Лицо Гарри с широкими скулами и глубоко посаженными глазами, напоминавшее грубый набросок, который мог бы быть симпатичнее, не будь так небрежно нарисован, залилось краской.

— Я уже и так вам все рассказал. — По его лицу пробежала тень. — Нет закона, который запрещал бы открывать ресторан.

— Действительно, нет. Но позволь тебе напомнить, что она освобождена условно. Ей достаточно только слегка оступиться… — Он подался вперед и впился в Гарри взглядом. — Ты офицер полиции. И твой долг следить за такими вещами. У тебя проблемы с выполнением прямых обязанностей?

Гарри взглянул на него с неприкрытой ненавистью, но тут же опомнился и опустил глаза, промямлив:

— Я посмотрю, что можно сделать.

— Я не прошу тебя посмотреть. Я хочу, чтобы ты сделал.

В голосе Оуэна послышались металлические нотки.

Гарри снова поднял голову и посмотрел на Оуэна. Его глаза сверкнули, а красные пятна на щеках потемнели и приобрели кирпичный оттенок.

— Все дело в том, что… Если жена узнает, что я шпионю за ее сестрой…

Он запнулся, судорожно сглотнув.

— Похоже, ты насмотрелся фильмов о Джеймсе Бонде. — Оуэн улыбнулся, поднимая покоящиеся на кожаных подлокотниках кресла руки вверх, словно подчеркивая безобидность своих намерений. — Давай не будем делать из мухи слона. Все о чем я прошу, Гарри, — это выполнять свою работу. И периодически меня об этом информировать. Во избежание, так сказать, недоразумений. Учитывая сложившиеся обстоятельства, я не считаю свое пожелание чрезмерным. А ты?

Он неожиданно наткнулся на вызов во взгляде Гарри.

— Сэр, должен сказать, что мне все это не нравится. Я не говорю, что вы не имеете права на чувства.