— Если он произнесёт ещё одно слово, — спокойно заметил Джабба, — пристрелите его и отправьте умирать на морское дно.

Один из солдат кивнул и ствол винтовки тут же упёрся в голову собаки. Ива предпочёл заткнуться, время от времени, решаясь на короткие жалобные стоны. Пока пёс стонал, Джонрако сумел разогнать кружащиеся пятна перед глазами и приподнялся, внимательно рассматривая пистолет в руке врага. Капитан ещё не забыл, как гвардеец показывал мастерство боя в незабвенном «Весёлом Вечерке», но один сильный и быстрый удар….

— Капитан, — послышался голос Шании, — Что происходит…

Джабба повернулся в сторону борта и в то же мгновение капитан вскочил на ноги и нанёс мощный удар в челюсть офицера. Казалось, будто всё идёт, как надо: огромный кулак Собболи почти коснулся гладко выбритого подбородка и вот-вот…Но мореход всё никак не мог дотянуться, да и вообще, как выяснилось, уже не стоял на ногах, а летел в воздухе, подобно ядру, пущенному из пушки. Перед глазами мелькнуло лицо испуганной Шании, а потом на голову Собболи обрушился удар такой силы, что наконец-то отключил сознание многострадального моряка.

Джабба вошёл в свою каюту и остановился, потирая царапину на щеке. Потом он покачал головой, вспоминая, как девушка, появившаяся на палубе шхуны, набросилась на него. Пара мгновений и очаровательное существо превратилось в кошмарную фурию, пустившую в ход острые, точно лезвия, ногти.

Пальцы гвардейца опустились ниже, коснувшись желвака на подбородке, где вскользь прошёлся кулак бородатого здоровяка. Сила морехода оказалась столь велика, что даже скользящего удара оказалось достаточно. Будь удар немного точнее…А ведь Джинсерхуа был уверен, что знание Сантри гарантирует его от появления подобных «украшений». Но чёртов моряк бил так быстро и сильно, что гвардеец едва успел среагировать. Должно быть нарушилась обычная сосредоточенность, присущая всем бойцам Сантри. Следует ужесточить контроль, пока его не начал бить всякий молокосос.

Ещё раз покачав головой, Джабба подошёл к столу и отбросил кусок материи, накрывавший тусклый шар на корончатой подставке. Угрюмо уставившись на искажённое отражение собственной физиономии, гвардеец некоторое время размышлял. Потом тяжело вздохнул и нажал на крохотный рычаг, в основании подставки. Тотчас острые выступы пришли в движение и начали проворачиваться вокруг сферы.

Когда их вращение ускорилось настолько, что глаз не мог различить отдельных элементов конструкции, шар принялся наливаться зелёным светом. С каждым мгновением сияние становилось всё ярче, а внутри сферы начало проступать изображение небольшой комнаты, массивного стола и кресла с высокой спинкой. В кресле сидел тощий человек в тёмном плаще-накидке, закрывающем всё тело, кроме лысой головы.

Человек поднял голову и зелёные глаза вспыхнули. Джабба ощутил, как незримая сила толкнула его в грудь.

— Ну и что? — поинтересовался Магистр, с явным неодобрением рассматривая гвардейца, — Опять неудача?

— Корабль захвачен, — отчеканил Джабба, с некоторым трудом, удержавшись от довольной ухмылки, — Весь экипаж пленён. Обошлось без потерь с обеих сторон — мы взяли их врасплох. Считаю эту операцию одной из самых удачных, в моей практике.

— Меня абсолютно не интересует, сколько врагов уцелело во время твоих удачных операций, — поморщился Магистр, — Докладывай, удалось ли взять Его?

— Так точно, — подтвердил Джабба, невольно вспомнив, как его люди извлекли из лодки бесчувственное тело, больше напоминающее тряпичную куклу. Вся ненависть, до этого кипевшая в сердце Джинсерхуа, тут же стихла.