Похохатывая, матросы начали спускаться по трапу в трюм, пытаясь выдумать самые солёные шуточки по поводу объекта поиска.

«Вот ещё проблема! — подумал Джонрако, ступая следом за ними, — Куда девать эту ходячую мину, когда мы её найдём? Дисциплина, есть дисциплина, но всему имеется предел! Правду говорят: женщина на борту — к несчастью».

Опустившись на верхнюю палубу, капитан тотчас обнаружил брошенный каким-то лентяем чугунный брусок и выразительно посмотрел на Фаленни. Матрос тотчас оскалился и провёл ладонью по горлу. Ещё не хватало, чтобы при шторме, не засыпанный песком, груз переломал кому-то ноги. Кроме того, Джонрако совсем не понравился запах из того отделения кубрика, где спала команда: как крыса издохла. «Совсем, черти, обленились»! — недовольно подумал он.

Чтобы не расшибить нос в лабиринтах нижней палубы пришлось открыть специальный ящик и раздать всем специальные масляные фонари, мгновенно гаснущие в случае падения. Пожар на корабле — гораздо страшнее пробоины.

— Где поймали этого говнюка? — Поинтересовался капитан, поднимая фонарь над головой, — Не думаю, будто чертовка станет прятаться рядом с оглушённым придурком, но всё же…Так мы можем пару дней её искать.

— Мы прошвырнёмся к водному, — тут же сказал пронырливый Узан, бойкий чернявый парень, с наколкой на левой щеке, — Я уж не пропущу эту цыпочку, когда она встретится мне. Капитан, как там с правом первой ночи?

— Только если ты проведёшь эту ночь выдраивая палубу, — недовольно буркнул Джонрако, которого начали раздражать сальности шустрого матроса, — И вообще, поаккуратнее там: если какой-то мерзавец вздумает распускать руки, то я ему их, в один момент, выдерну. Ясно?

В ответ он получил недовольное ворчание. По всей видимости, некоторые матросы, лелеяли мысли о грядущем развлечении. Когда троица скрылась среди массивных тюков и свет их ламп скрылся за переборками, Хастол покачал головой и тихо сказал:

— Почему то мне кажется, капитан, что было намного лучше, если бы девушку первыми обнаружили именно мы.

— Тут с тобой, приятель, не поспоришь, — проворчал Джонрако, озираясь посреди парусного отсека, — Не успеешь оглянуться, как кто-то попытается воспользоваться тем, что у него спрятано в штанах. Много времени на это не потребуется. А впрочем, сама виновата: какого чёрта было забираться на лохань, полную здоровых голодных мужиков?

— Надеюсь, это — совсем не то, что вы думаете на самом деле, — заметил Черстоли с ноткой искреннего удивления в голосе, — Защищать девушку, угодившую в трудные обстоятельства — первый долг истинного мужчины.

— Только истинных мужчин мне и не хватало! — притворно вздохнул капитан, про себя соглашаясь с каждым произнесённым словом. Впрочем, вслух бы он этого не сделал никогда в жизни, — Эти девицы сами способны позаботиться о себе. Очень даже самостоятельные особы, разрази их дьявол!

Выпустив струю дыма, он вновь поднял фонарь. Здесь оказалось относительно свободно, по сравнению с остальными отсеками и можно было пройти, не цепляясь за мешки, ящики или бочки. На широких полках лежали запасные паруса, упакованные в пропитанную жиром ткань, отчего в воздухе стоял неприятный мускусный аромат. Здесь, в самой нижней точке трюма, качка почти не ощущалась и можно было представить, будто находишься на берегу. Если бы ещё не глухие удары волн о борт.

— По моему и здесь — пусто, — пробормотал капитан, ни к кому не обращаясь, — Чёрт, да это придурок, как пить дать, заблудился и сам приложился башкой о какой-нибудь гак.

— Капитан, а крысы на корабле водятся? — внезапно задал неожиданный вопрос пассажир и в свете фонаря, капитан увидел на его лице загадочную ухмылку.