— Капитан, — добродушно поправил его Собболи, — Называй меня капитаном. Насколько я могу понять, мой разгильдяй боцман нанял тебя коком на мою посудину, так?

Лицо человечка скривилось в гримасе недоумения, когда он попытался вспомнить, соответствует ли сказанное действительности. Судя по рукам, которые Санорени развёл в сторону, попытка вспомнить вчерашнее окончилась грандиозным фиаско.

— Не помню, — честно признался Санорение, преданно глядя в глаза Джонрако, — Хоть всё это и странно: вообще-то раньше я никогда не работал поваром на кораблях.

Джонрако поперхнулся, в очередной раз помянув недобрым словом спящего помощника и поклялся, что его месть понравится проклятому пропойце.

— А как же Карточирп? — припоминая кое-какие подробности, из жизни толстяка. Которые ему поведал Далин, — Разве ты не работал у него коком?

— Карточирп, Карточирп, — бормотал повар, размазывая варенье по лбу, а затем плюхнул ладонью над носом, — Точно! Это такой огромный парень с разорванным ухом и горбатым носом. Он ещё очень хвалил мои сырные палочки с присыпкой, говорил, дескать они отлично идут к его любимому сорту пива.

— Так ты работал у него или нет? — прервал его Джонрако, несколько утомлённый тарахтением толстяка.

— Нет, конечно же! — помотал головой повар, — Этот головорез просто перевозил меня в Ченс. Да и как я мог на него работать, если я терпеть не могу море! Меня от него мутит. То путешествие оказалось самым ужасным событием в моей жизни и я надеюсь, что подобное никогда больше не повторится. Поэтому, будьте так любезны, высадите меня в ближайшем порту…Вы же не слишком далеко едете?

— Нет, — улыбка капитана напоминала оскал, — На остров Калларис.

— Слава богам! — коротышка расцвёл от удовольствия и вдруг заподозрил неладное, — А это точно рядом? Что-то я не помню такого названия…

— Да раз веслом гребнуть, — успокоил его Соболи, — В Южном полушарии.

— Слава бо… Где?! — оцепенел Санорени, — В Южном полушарии…

— Довольно бессмысленно болтовни, — повысил голос Джонрако, — Топай-ка ты на камбуз, ну, на кухню и займись готовкой. К полудню всё должно быть готово и чтобы хватило на все эти тридцать морд, ясно? Кроме того, приготовь своё фирменное, для меня и пассажира. Очень надеюсь, что все останутся довольны, потому как, если кто-то останется недоволен…Ты слышал, как поступают с коком, который расстроил команду? По морскому праву его вышвыривают на корм акулам. На твоём месте, я бы постарался.

— Акулы? О боги, чем я вас так прогневил? — пошатываясь от потрясения, толстяк спустился по ступеням трапа и почти рухнул в провал трюма, откуда продолжали доноситься его горестные восклицания.

Пожав плечами, Собболи коротко хохотнул. После его напутствия кок из шкуры вылезет, чтобы угодить едокам.

Капитан подошёл к нактоузу и взглянул на компас: стрелка держалась в нужном положении. Два матроса за штурвалом держали ход по курсу и капитан неразборчиво проворчал что-то одобрительное. Потом открыл личным ключом ящик и достал путевой журнал. Покусывая нижнюю губу, Джонрако сделал быстрый расчёт, проверил направление ветра и ещё раз сверился с компасом. По всему выходил, что за один галс они смогут выйти к полуночи из вод Заца.

Если только ничего не приключится с ветром. Собболи сделал защитный знак пальцами, стараясь, чтобы его никто не увидел. Потом закрыл журнал и задумался. А ведь дело не только в погоде. Случись в ближайшее время ещё одно нападение призраков или иных чудовищ, на путешествии можно ставить крест: команда спишется к чёртовой матери!

Откуда взялась вся это дрянь? И как пассажир сумел её одолеть? Какая в нём сокрыта сила? Иногда он кажется по-детски наивным, а иногда выкидывает такие коленца, которые подстать… Кому? Волшебнику? Такому, как Магистр? Ага, вот и нужное слово подобралось! Уж не от этого ли лысого ублюдка скрывается загадочный парень? И то сказать: его преследуют полиция, гвардия, преграждают путь жуткие твари, а он продолжает следовать дальше, будто ничего и не произошло.