|
Потом остановилась и подала назад, чтобы поравняться с этой парочкой. Они едва продвигались вперед, и Петра приноровилась к их скорости. Две бедолаги в тяжелых пальто и вязаных шапочках. Половые различия между ними почти исчезли, как это порой случается у очень старых людей. Им было, наверное, лет по девяносто или около этого. Каждый шаг давался им с трудом. Утка шла без привязи и отставала от них лишь на несколько дюймов.
Мужчина посмотрел на машину, взял женщину за руку, они остановились, и на их лицах появилась робкая улыбка. Старики заподозрили, что нарушили какие-то правила, касающиеся животных. Пусть их.
— Милая утка, — сказала Петра.
— Это Горацио, — ответила женщина. — Он был нашим ребеночком в течение долгого времени.
Утка подняла лапку и почесала брюшко. Маленькие черные глазки так и сверлили Петру. Утка заняла оборонительную позицию.
— Привет, Горацио, — сказала Петра. Перья у утки взъерошились.
— Приятной вам прогулки. — И Петра отъехала от обочины.
— Что это было? — спросил Шталь.
— Реальность.
— Это будет визит без приглашения, — сказал он. — Я позвонил ему, но Киппер постоянно на каких-то заседаниях. — Почему возобновился интерес?
— Я хочу поговорить с ним о «Груврэт», узнать, не желал ли Юрий Драммонд взять интервью у Джули. Петре и Шталю не удалось заполучить нужные экземпляры, но Драммонд представляется более интересным. Это двадцатичетырехлетний нелюдим. Настоящее имя Кевин. Живет в квартире с одной спальней в самой худшей части Россмор. Никто не видел его последние семь дней. Как, любопытно? Журнальчик фанатов, который он издает, похоже, плод его тщеславия, бред сивой кобылы. Папочка, адвокат, платит за сына арендную плату, а может быть, покрывает и издательские расходы. Он не сказал Петре почти ничего. Так и уползает в свою скорлупу.
— Он юрист.
— Петра выявила внутренний конфликт в их семейных отношениях. Кевин в семье что-то вроде белой вороны, и папочка с явным неудовольствием разговаривал о нем.
— Нелюдим, — заметил я.
— Какая неприятность, правда? Кевин часто перескакивает от одного увлечения к другому, одной навязчивой идеи к другой. Это характерно для фанатичной личности, которую ты описал. Он еще и барахольщик. Домовладелица говорит, что его квартира до потолка забита коробочками. Включая игрушки. Так что, возможно, трофеи, добытые во время убийства, составляют часть общей коллекции. Кевин начал выпускать журнал фанатов уже взрослым. Петра обнаружила один неполный экземпляр, и Драммонд называет себя единственным членом редколлегии. Он заломил невероятно высокую подписную цену, но свидетельств того, что кто-то такую цену заплатил, нет.
— Какую школу он посещал?
— Колледж «Чартер». Там довольно строгий отбор, так что, по-видимому, он не так глуп, как ты и говорил. Он высок — шесть футов два дюйма. Это соответствует тому, что видел свидетель-пьянчуга. В целом совпадает довольно много деталей. Шталь устанавливает наблюдение за его квартирой, а Петра все еще пытается собрать дополнительные данные о «Груврэт». Хочет найти того, кто занимался его распространением. Если мы обнаружим старые номера и отыщем в них материалы о Беби-бое и Чайне, а Бог даст, и о Джули, то запросим ордер на арест, хотя и не получим его. Но это уже кое-что.
То, как были организованы убийства, натолкнуло меня на мысль, что преступнику за тридцать — сорок лет, поэтому двадцатичетырехлетний казался слишком молодым. Но возможно, Кевин Драммонд проявил предусмотрительность. И впервые после того, как завели дело об убийстве Киппер, в голосе Майло прозвучала надежда. |