– Вы сказали, что он был на реабилитации, а не знаете где?

– Под Тарасовом есть центр реабилитации наркоманов «Луч». Там работают в основном с молодежью. Кирилл там провел почти весь десятый класс. Иногда нам разрешали видеться, я приезжала туда пару раз вместе с его дядей.

– Значит, вы больше не общались с ним после того, как он вышел? – Правильный путь снова ускользал от меня.

– Почти. Мы учились в параллельных классах, но он остался еще на год догонять то, что пропустил, а я к тому времени уже оканчивала школу. И, – тут она опустила взгляд, – стыдно было и ему за то, что так подставился, и мне за скандалы родственников. Я потом написала ему, дескать, прости за отца и брата, ты знаешь, какие они люди. Я на тебя не сержусь, будь счастлив и все такое. Он мне ответил, что все понимает и зла не держит. Больше мы с ним и правда не пересекались.

– Тогда что за дела у него были с вашим братом?

– Точно не скажу, они чем-то в Студенческом центре занимались. Вам, наверное, лучше с ним поговорить об этом. – Девушка взяла телефон в руки. – С ним мы периодически перезваниваемся, редко, если честно. А с родителями я всякое общение прервала. Я отправила вам его номер.

Как ни печально было признавать, но с самого начала этого расследования я ошиблась. Следовало тщательнее собрать информацию о Кирилле, не слишком надеясь на наработки Папазяна и впечатления эмоционально нестабильных подростков. То, что Александр скрыл важный факт биографии Кирилла, могло свидетельствовать о многом.

Если и посвящать кого-то в курс дела, то явно не дядю убитого племянника. И не только потому, что он и так был подозреваемым, а еще и потому, что теперь его шансы казаться убийцей резко возросли.

Глава 10

Гарик был абсолютно прав, когда говорил, что героин, в отличие от той же травки, достать не так легко. Однако, кроме цыган, беленьким промышляли еще в среде мигрантов. И тут следовало быть осторожными, чтобы не спровоцировать очередной конфликт на почве национальной нетерпимости. В маленьком городке, где основной статьей доходов населения является торговля, подобный выпад мог легко привести к неприятным последствиям.

Собравшись со всем своим нехитрым шпионским скарбом, я позвонила на номер, который обнаружила в телефоне у Марата. С моей стороны было наивно думать, что он до сих пор рабочий. Торговцы весельем были невероятно изобретательны по части связи с клиентом. Но мне повезло, и я услышала, как грубый мужской голос строго спросил:

– Зачем сюда звонишь?

– А надо было писать? Я не знаю, как правильно, – как бы сильно меня ни раздражали глупенькие барышни, стоило признать, что недоверие они вызывали в последнюю очередь.

– Номер этот откуда знаешь? – Мой собеседник был не лыком шит и просто на щебетание молодого женского голоса не покупался.

– Мне его мои студенты дали, – сейчас главное было не сомневаться в собственных словах. – Вы знаете, мы с подругами решили отметить присуждение мне доцента. А с тех пор, как мы последний раз баловались, столько лет прошло и все так изменилось! Скажите, пожалуйста, я хоть туда попала?

Видимо, мой расчет оказался верным. В трубке послышалось недовольное сопение и спустя несколько секунд я все же услышала ответ:

– Туда.

– Ой, прямо камень с души! – Радость моя была вполне искренна. – Нам бы покурить чего или можно леденцы, если есть. Ну, знаете, чтобы не палиться.

– Есть жвачка.

– Беру! Что нужно делать?

– Оптовые базы найдешь, там будет магазин «Тирекс».