– Гм, нет. Хотели узнать его номер.

Лорел потребовалась добрая секунда, прежде чем до нее дошло:

– Они проявили романтический интерес к капитану!

– Ага, Лорел, – сухо обронила Кейт. – Одна дама хотела узнать его адрес, чтобы послать ему свой лифчик.

– Лифчик? – нахмурилась Лорел. – Зачем ему ее лифчик?

– Не знаю. Может, вместо пращи? – хихикнула Кейт. – В общем, диспетчер угорала от множества требований встретиться с капитаном.

– А-а. – Лорел снова сосредоточилась на полицейских фото Джейсона Эббота. Даже тогда, в день ареста, он не отводил взгляда и не терял уверенной осанки.

– Не стоит ревновать, Лорел, – промолвила Кейт.

Лорел недоуменно помедлила.

– Ревновать?

Кейт какое-то время молча разглядывала ее.

– Выбрось из головы.

Порой люди несут какую-то ахинею, или, скорее всего, до Лорел опять что-то не дошло. Но в данный момент ей надо сосредоточиться на работе. Больше ни на что времени нет.

Из живота волной взмыла тошнота, и Лорел втянула воздух, нуждаясь в кислороде. О нет! Она в порядке. Ой, минутку… Нет, не в порядке! Вскочив со своего места, схватила мусорное ведро из угла комнаты и выпростала обед вкупе с пирогом.

– Полегче, босс. – Кейт схватила ее волосы, чтобы отвести их от лица. – Полегче.

Лорел вырвало еще сильнее, скрутив тело в мучительных конвульсиях.

– Сколько пирога ты съела?

Лорел откашлялась и выпрямилась, держа ведро обеими руками.

– Извини, должно быть, съела что-то не то.

– Ты какая-то бледная, Лорел. Тебе надо сесть.

– Нет, я в порядке. Надо почистить зубы.

Она заковыляла из конференц-зала в своей кабинет, где держит туалетные принадлежности. Утренняя дурнота после первого триместра предположительно идет на убыль, и Лорел очень надеялась, что к тому времени ее перестанет тошнить. Хотя и поняла, проведя изыскания, что не исключена возможность тошноты на протяжении всей беременности.

Забрав оцинкованное ведро для мусора с собой, сполоснула в туалете толстые металлические стенки, после чего умылась и почистила зубы. В горле саднило, так что после возвращения мусорного ведра в конференц-зал Лорел отправилась на кухню и заварила себе чашку ромашкового чаю, искренне надеясь, что это поможет.

На пороге вырос Гек.

– Але, Кейт сказала, что ты тут все заблевала. Ты в порядке?

Лорел кончила размешивать чай.

– Да, меня вырвало, но я в порядке. Но осталась без пирога.

– Это ведь должно скоро пройти? – хмыкнул он.

Обернувшись, Лорел глянула на Гека. Приподняв брови, тот пристально смотрел на нее.

– Я вижу на твоем лице выражение озабоченности?

– Ага. Ты видишь на моем лице выражение озабоченности.

Она пригубила чаю, чтобы ромашка успокоила горло.

– Есть шанс, что через двенадцать недель тошнота пройдет, но четкой черты на песке нет.

Гек улыбнулся, несмотря на озабоченность.

– Кстати, откуда пошло это выражение – «четкая черта на песке»?

– А.– Она отхлебнула еще.– «Четкая» появилась недавно. Раньше была просто черта на песке. Знаешь, чтобы обозначить предел. Думаю, согласно популярной версии, она использовалась во время битвы за Аламо в 1836 году.

– А это факт? – Гек прислонился к дверному косяку.

– Да. Очевидно, подполковник Уильям Тревис провел саблей черту на песке и попросил желающих остаться и защищать форт, переступить через черту.