До конца условленных трех минут оставалось секунд двадцать, когда возникли проблемы и с обороной. Дитц вдруг метнулась вперёд, упала навзничь, каким-то чудом избежав радостно ринувшихся навстречу клинков инструкторов, и уже в падении перевернувшись на бок. Используя стену "коридора" как опору для спины, она пролетела мимо замешкавшегося Вайнхольда, заплела его ноги своими, внезапно оказавшаяся в левой руке спата мелькнула серебристой рыбкой… и Рамбаль остался один. Денди был "убит".

Гонг прозвенел как нельзя более вовремя. Стены "коридора" скрылись в пазах пола.

— Ого! — прохрипел широко улыбающийся Вайнхольд, стягивая с головы капюшон.

— Ага! — в тон ему отозвался Рамбаль, смахивая со лба капли разъедающего глаза пота. — Ладно, Кошка… не то, чтобы у нас был уговор, но признаю — молодцы. От меня вы больше ничего неподобающего не услышите.

— Косарь?

— Все в норме, Денди. Видишь ли, эти отморозки — коты, и не любят, когда их сравнивают с собаками и крысами. Хотели, чтобы я с этим завязал, если хорошо себя проявят. Что скажешь?

— Вист! — решительно кивнул Вайнхольд. — Заслужили.

Хорошая штука — гордость. Более чем правильная для командующего тренировочным лагерем. Особенно таким, как "Сан-Квентин". На этой собачьей должности поводов для гордости появляется не так уж много. Так что хрупкую красотку надо холить, лелеять и всячески оберегать. Но сегодня майор Гопал решил поступиться своей гордостью. И пускай капризуля обижается, сколько влезет. Не до неё сейчас.

— Майор Рипли? Приветствую. Майор Гопал, тренировочный лагерь "Сан-Квентин".

Похоже, гордостью следовало не просто поступиться. Её надо было безо всяких околичностей оставить дома — чтобы не шипела сейчас при виде насмешливых искорок в глазах командующего базой "Лазарев".

— Доброго времени суток, коллега! Чем могу быть полезен?

Еще и издевается…

— Майор…

— Джеймс. Можно просто Джимми.

— Я — Падма, — Гопал пожевал губами и выпалил: — Джимми, ты мне кого прислал?!

Кабинет командующего алайской базой заливало солнце. За попавшей в рамку гиперсвязи частью окна горячую даже на вид землю покрывала выгоревшая, но всё еще густая растительность. Гопалу стало завидно. Идущий третий час ледяной дождь мог бы превратить "Сан-Квентин" в сияющую (пусть даже холодную) драгоценность — если бы не закрывающие небо тяжелые тучи и быстро сгущающаяся темнота. Откровенная усмешка Рипли хорошего настроения тоже не добавляла.

— Падма, ты же знаешь правила, — с лицемерным сочувствием, нарочито растягивая слова, произнес Рипли. — Прошлое легионера — его личное дело.

— Правила я знаю, — прошипел Гопал.

— Ну и в чём тогда дело?

— Чего я не знаю, так это чего мне от них ждать ещё — помимо скандала.

Рипли резко посерьезнел.

— Скандала? Какого, к чёрту, скандала? — он покосился куда-то за рамку, вопросительно приподняв бровь. Бровь явно предназначалась не Гопалу. — Хорошие ребята, скандалить по идее не должны… разве что морду набить кому-нибудь особо ретивому, так это дело житейское.