– Смею надеяться... – начал было Рэй свою старательно заготовленную фразу.

– Прошу садиться.

Адвокат не встал из-за стола, но голос его звучал дружелюбно. Слова его, хотя и прозвучавшие как приказ, были скорее дружеским приглашением. Рэй сел, не чувствуя обиды.

– Я очень благодарен, что вы согласились меня принять, начал он снова. – Мистер Кук сказал мне...

– Да... Мистер Кук несомненно говорил вам, что в то время не был членом адвокатской фирмы. Не был им тогда и Френк Симмондс. А отец Симмондса пару лет назад ушел на пенсию.

– Да, сэр. Примерно так мне и говорили. Я не слишком надеялся, что смогу вас увидеть, и потому...

– Ну разумеется. Но видите, и я заинтересован. И хотя с самого начала должен вам сказать, что серьезно сомневался, не отказаться ли мне от дела, когда мисс Траб не согласилась, чтобы мы потребовали признать ее недееспособной, а позднее стал отдавать себе отчет, что не имел шансов на успех, учитывая факты.

Рей облегченно вздохнул.

– И мы того же мнения, – воскликнул он. – Я имею в виду – Мевис и я. Мевис – моя жена. Все эти глупости в газетах...

– Ну разумеется. Газеты я читал, мистер Холмс. Как я уже сказал, ее новое появление меня заинтересовало. Вот только лишнего времени у меня нет. Так что скажите мне, только коротко и ясно, чего вы от меня ждете.

– Я не верю, что она пыталась совершить самоубийство, решительно заявил Рэй, – а тем более, что пыталась навредить мне и моей семье. Полагаю, что отвечать за это должен кто-то другой. И видимо вы понимаете, что это означает, правда?

По блеску в черных глазах было ясно, что мистер Уоррингтон-Рив прекрасно понимает все последствия, могущие проистекать из этого утверждения.

– Вы намекаете, что кто-то сознательно пытался устранить мисс Траб, а при оказии – и вас со всей семьей? А когда это не удалось и вдобавок пробудило ваше любопытство, пытается вас запугать, чтобы остановить розыски? Вы часто читаете детективы, мистер Холмс?

Кровь ударила Рою в лицо. Не часто доводилось ему слышать столь обидные слова. На миг Рэй увидел себя в зале суда, под перекрестным огнем безжалостных и острых вопросов, и понял, почему мистер Рив достиг вершин, которые теперь занимал. Не столь важны были даже сами вопросы, как тон, которым он их задавал. Не в том ли и состоял весь фокус? И все адвокаты действуют подобным образом?

– Нет, детективы я не читаю. Но если позволите, я представлю доказательства, позволяющие мне думать так, а не иначе.

Адвокат почувствовал к молодому человеку симпатию. Тот обладал способностью сосредоточиться, умел держать себя в руках, отодвигая в сторону эмоции, которые могли повредить делу. Был первоклассным материалом для свидетеля.

– Прошу, говорите, – придвинув к себе лист бумаги, Рив взял золоченый карандаш.

– Во-первых, кухонное окно, – начал Рей и сделал паузу, чтобы спокойно спросить: – Мистер Кук изложил вам историю в общих чертах?

– Да, и я прочитал его сообщение очень внимательно.

– Так вот, в первый раз, когда мы вернулись за Джой и почуяли газ, я прошел в кухню и помню, что краны были закрыты, а окно заперто. Я его открыл и так оставил. На следующее утро, когда дом был полон газу, окно снова было закрыто и пришлось его взламывать.

– Мисс Траб, вполне естественно, должна была запереть окно, если собиралась покончить с собой.

– Согласен. Но она закрыла бы и вентиляцию. А вытяжка была заткнута снаружи. Мхом. Так, чтобы казалось, что тот упал туда случайно. Мох! Но ведь крыша у нас совершенно новая!

Адвокат усмехнулся при виде торжествующей мины на его лице.