– Они уже вернулись в Лондон? – спросил Кук, когда они выходили. – Я имею в виду Рея и Мевис Холмс.

– Вероятно. Они намеревались после обеда ехать в Стоу Фарм.

– Видимо, тут моя вина, – нервно заявил мистер Кук. – Это я связал их с Бредли. Разумеется, вначале спросив у Боба разрешения. Его жена когда-то была близкой подругой Элен. Полагаю, они искали ферму. Так вы говорите, там не было запрещающего плаката? Ведь это очень опасно!

– Его не было, когда они въезжали на дорогу, зато они заметили его, когда возвращались, обнаружив тело. И тут же сообщили нам. Когда мы туда приехали, плакат снова стоял на своем обычном месте, на самой середине поворота.

Мистер Кук побледнел.

– Какой ужас! – едва слышно произнес он. – Это смахивает на умышленное покушение. Но вот на Лесли или на Холмсов...

– Именно это, кроме всего прочего, нам предстоит установить, – заметил инспектор.

Вернувшись в полицейскую машину, он сказал водителю:

– Подбрось меня в участок и поезжай в Стоу Фарм. Тэд, – повернулся он к Уиллису, – попробуй узнать что-нибудь толком про ту карту. Иди по любому следу, который только наклюнется. Той пары из Лондона наверняка уже нет. Не упоминай о деле мисс Траб – я сам им займусь. Мне это не нравится – слишком уж много тут всяких непонятных обстоятельств. Во всяком случае, постарайся вытянуть что-нибудь из Бредли.

Инспектор Фрост доложил обо всем шефу полиции, который приказал ему сосредоточиться на деле об убийстве Кука. Предварительное заключение обоих врачей и выводы экспертов показали, что причиной смерти не могло быть падение с мотоцикла. Ударился он о землю левой стороной тела, прежде всего левым плечом. Ключица и сустав были сломаны, лопатка треснула. После падения он оставался неподвижен, об этом говорили следы на земле и одежде. Жестокий удар в правый висок был нанесен, когда тот лежал беспомощным, не в состоянии шевельнуться. Не было сомнений, что его убили.

Шеф полиции подчеркнул, что для него это дело куда важнее, чем гипотетический план столкнуть Холмсов в реку, чтобы прервать их изыскания. Во всяком случае, он не видел связи между этими двумя делами.

Инспектор Фрост был иного мнения, но возражать не стал – решил дождаться рапорта сержанта Уиллиса.

Тот вернулся поздно вечером.

– Бредли клянется, – доложил он, – что карта, которую я ему показал и которую дал мне Холмс, – не та, что он нарисовал и вложил в свое письмо. На его рисунке дорожка была перечеркнута жирной чертой, чтобы стало ясно, что она перекрыта.

– Каким же образом эта другая карта попала в конверт с письмом?

– В том – то все и дело. Бредли говорит, что у него были определенные сомнения, стоит ли ему встречаться с Холмсами и разговаривать с ними о мисс Траб, не предупредив ее сестру. Поэтому он пригласил к себе Мидоусов, чтобы обсудить это с ними, и показал им свое письмо, прежде чем вложить его в конверт. Они сказали, что ничего против не имеют, поскольку та бедняжка душевнобольная, и находится в клинике, и ей уже ничем нельзя помочь, в чем ее молодым друзьям вскоре предстоит убедиться. Результатом визита стало то, что Бредли дал Колину Мидоусу заклеенный конверт с письмом, чтобы тот опустил его в городе.

– Я догадываюсь, что потом ты отправился к Мидоусам?

– Да. Оказалось, что Холмсы уже были там по тому же делу. Когда я пришел, Мидоуса не было, но она оказалась дома. Сказала, что в тот день они забыли про письмо, но муж нашел его в кармане на следующее утро. Отдал ей, поскольку сам спешил на службу. У нее была масса работы в саду, и она провела там весь день, никуда не отлучаясь.