При упоминании о таблетке я мрачнею. Риэлм не знает, что я рассказала о ней Джеймсу. Он не знает, что мы держим это в секрете от остальных. Даллас захлопывает дверь шкафчика под раковиной, и я вздрагиваю. Она подходит к нам, держа в руках маленькую коробочку, глядя на Риэлма, и я расслабляюсь.

— Привет, блондинчик, — говорит она, широко улыбнувшись. — Все думала, когда же ты нас навестишь.

Она кидает к нему краску для волос.

— Ты мне всегда больше брюнетом нравился.

Риэлм улыбается ей теплой и дружелюбной улыбкой.

— Спасибо, Дал.

Она пожимает плечами, как будто это ничего не значило, хватает стул и крутит его, чтобы сесть задом наперед.

— Не следовало тебе шпионить за нами, — говорит она шутливо. — Ты получил мои сообщения?

Приношу извинения, — говорит он, — но да, я их получил. Вообще-то, через них я и нашел вас. Нам нельзя тут оставаться. Нужно найти другое укрытие.

— Мы над этим работаем, — говорит Кас и достает из шкафа сумку. — Я думал, ты только через неделю приедешь.

Они обмениваются взглядами, и Кас кидает сумку Риэлму. Риэлм сразу открывает ее, смотрит, что внутри.

— Мы нашли посещение в подвале, — продолжает Кас, — но я не думаю, что оно подходит нам. Не очень много выходов.

— Ищи дальше, — говорит Риэлм и достает сотовый телефон. — С него можно звонить?

— Только сегодня купил. А что? — улыбается Кас. — Хочешь заказать пиццу?

— Нужно позвонить Анне и поблагодарить ее. Сказать, что я в порядке.

Именно Анна, сестра Риэлма, помогла нам сбежать, дала машину и немного денег. Она помогла нас скрыться до того, как Программа пришла за нами. И она все это сделала только потому, что ее попросил брат.

— И от меня тоже поблагодари, — говорю я и касаюсь руки Риэлма. Он вздрагивает и смотрит туда, где моя рука трогает его. Он, кажется, немного растерян, и я хочу спросить его, где он был все эти недели, но не спрашиваю. Еще нет.

— Я скажу ей, — отвечает он.

— Эй, Риэлм, — говорит Кас, — занесу твои шмотки в мою комнату. Все равно мне лучше спать на диване. В этом доме развивается клаустрофобия.

Он по-дружески бьет Риэлма кулаком и уходит.

Майкл Риэлм робко улыбается мне, потом набирает номер и уходит в гостиную. Я встаю, смотрю ему вслед и, когда слышу, как он говорит, что в порядке, у меня появляются знакомые теплые чувства. Мне нравится, как он заботится о сестре. Он напоминает мне о Брейди.

— Поднимусь наверх, — бормочет Джеймс и уходит. Его дело так и лежит на столе, но я знаю, что его отвлекают другие мысли. Риэлм — его слабое место, и я повела себя как идиотка, потому что не подумала об этом. Я смотрю на Даллас, которая сидит, облокотившись о стол — вся такая праведница.

— Парень и любовник? — спрашивает она. — А я думала, что ты не такая.

— Заткнись, — говорю я, но чувствую, как краснеют щеки. И, даже при том, что от возвращения Риэлма у меня колотится сердце, я бегу по ступеькам к Джеймсу.

Глава 10

На лестничном пролете стоит оглушающая тишина. Я жду, что Джеймс будет ревновать, злиться — а вместо этого вижу, что он сидит у окна и смотрит на улицу. Он выглядит таким одиноким. Какая же я идиотка.

— Джеймс…

— Он — твой друг, — говорит он, не глядя на меня. — Я понимаю. Я даже рад, что он не умер.

— Ты не это имеешь в виду.

— Что — это?

Он поворачивается, и в полумраке кажется, что его обычно светлые голубые глаза потемнели.