Шимейн облегченно вздохнула.

— Мистер Торнтон вернулся, — сообщила она Роксанне. — Вы хотите повидаться с ним?

Гейдж услышал ее голос и крикнул, продолжая шуршать бумагой:

— Кто там, Шимейн?

— К вам пришли, мистер Торнтон, — громко произнесла Шимейн, оглянувшись через плечо, и пошатнулась: Роксанна оттолкнула ее, входя в дом.

Гейдж вышел из коридора и застыл, узнав гостью. Он пытался скрыть раздражение, но его густые брови сошлись над переносицей — он уже понимал, какой разговор предстоит.

— Не ожидал увидеть вас здесь, Роксанна. Я думал, вы не отходите от отца.

Блондинка вскинула голову с видом страдалицы.

— Пришла посмотреть на вашу покупку, Гейдж, поскольку вы не соизволили посвятить меня в свои намерения. Зато миссис Петтикомб явно не терпелось сообщить мне эту новость. Чрезвычайно любезно с вашей стороны — без слов дать мне понять, что вы нашли замену и больше не нуждаетесь в моих услугах.

— Я говорил вам, Роксанна: мне нужна няня, я не могу ждать, когда поправится ваш отец, — возразил Гейдж, мысленно проклиная миссис Петтикомб за стремление всюду совать свой нос. — Вы прекрасно знали об этом. Сожалею, не успел зайти к вам вчера, но начиналась гроза, и я торопился вернуться домой. Как раз сегодня я собирался в город — в том числе и затем, чтобы повидаться с вами. — Он помедлил, подавляя раздраженный вздох. Гейдж понимал, что дал городским сплетницам пищу для пересудов — впрочем, он не раз предупреждал об этом Роксанну, но она не желала его слушать. — Мне следовало предвидеть, что миссис Петтикомб первым делом бросится к вам поделиться новостью. За это прошу прощения…

— Из всех женщин округи, — резко перебила его Роксанна, — вы не смогли выбрать няню для сына! Зачем вы купили каторжницу? Да еще такую? — Ее голос смягчился, стал почти умоляющим. — Неужели вы не боитесь за Эндрю?

Несмотря на то что вопросы Роксанны вызвали бурю негодования в душе Гейджа, он сумел сохранить спокойствие и ответить ей снисходительным взглядом. Ему не хотелось ранить Роксанну признанием, объяснять, что он давно решил отделаться от нее — еще до того, как кузнец, отец Роксанны, упал с лошади и сломал ногу. Но вместе с тем Гейдж не хотел распространяться о том, почему он остановил выбор именно на Шимейн.

— Роксанна, я способен здраво судить о достоинствах женщины, которую нанимаю в няньки для сына. Убежден, Шимейн отвечает всем моим требованиям.

Желая узнать, какое впечатление этот разговор произвел на Шимейн, Гейдж перевел на нее взгляд. Девушка казалась встревоженной — с трудом удерживала Эндрю на руках. От усилий она дрожала всем телом, очевидно, боясь упасть.

Гейдж бросился на помощь служанке, не задумываясь, что это возмутит ревнивую гостью. Шимейн с явным облегчением шагнула навстречу Гейджу, протягивая ему малыша. Гейдж коснулся мускулистой рукой ее груди, и Шимейн вспыхнула, в смущении попыталась отступить и тут же остановилась. Она оказалась невольной пленницей Эндрю, запутавшегося пальчиками в разорванном кружеве ее воротника. Торопясь высвободиться — главным образом от хозяина, — Шимейн закинула руку назад, пытаясь разжать крохотные пальчики.

— Позвольте, я сам, — вмешался Гейдж, отводя ее руку. — Вам неловко.

Сгорая от стыда, Шимейн покорно застыла на месте, не желая осложнять свое положение. Удерживая одной рукой Эндрю, Гейдж начал распутывать порванное кружево. Остро чувствуя его близость, Шимейн не осмеливалась поднять голову, устремив взгляд на Эндрю, который терпеливо ждал, когда отец освободит его.