— Заставила их поджать хвосты, Мэй? — сказал он.

— Надеюсь. Где Кольм?

— Выстраивает пленных, — он кивнул на террасу, где Кольм и несколько других связывали алькоранцев, которых вытащили из воды.

До Моны добрались ныряльщики со связанным капитаном, ударили его по спине, чтобы он упал на колени. Он смотрел на нее с презрением на лице. Народ озера толпился на землях Черного панциря. Где-то в толпе запела женщина, и сотни голосов быстро присоединились к ней. Некоторые плакали, обнимали родных и друзей, с которыми не виделись годами. Другие вопили, поднимали детей на плечи. Только мы у террасы слышали, что Мона говорила капитану.

— Знаете, что вы сделали здесь? — спросила она опасным тоном. — Знаете, что сделали здесь, на моем озере и на этой террасе?

— Ты не знаешь, кому бросаешь вызов, — выдавил капитан. — Думаешь, это жалкое представление остановит пророчество Седьмого короля?

— Я не признаю власти выше меня, — сказала она. — Вы и ваш народ обмануты, народ дураков, и главный дурак — ваш король. У вас нет благородной миссии. Ты примитивные, жестокие разрушители. Мне стоит сделать с вами то, что вы сделали на этой террасе с одной из моих людей, это стоит сделать ее мужу, — она выпрямилась, кривя губы от гнева. — Но я не думаю, что поступлю так. У вас уже большие потери. Половина ваших людей умерла в озере, которое вы пытались украсть у меня. Думаю, стоит отослать вас к вашему королю, чтобы ответственность за этот день легла на ваши плечи. Надеюсь, слухи о его характере правдивы.

Капитан отыскал в толпе мое лицо, я видела, как он соображает, медленно приходя к выводу, что его обманули. Я пыталась не улыбаться. В его глазах вспыхнула ярость.

И тут раздался крик, стрела вонзилась в землю у ног Моны, разбиваясь о камни. Арлен оттащил Мону, еще одна стрела пронзила воздух.

— Нет…

Я слишком поздно поняла, что часовые рядом с капитаном были не единственными в замке. Они заняли места в окнах, их арбалеты лежали на подоконниках. От внезапной угрозы люди закричали, бросились в стороны, не зная, где безопасно. Стрелы свистели в воздух.

Вспыхнула паника, капитан алькоранцев бросился вперед, врезался в Арлена. Меч его зазвенел по земле, капитан упал на него, разрезая путы о лезвие. Я видела, как еще одна из стражей разрезает веревки на ее брошенных товарищах. Все клонилось к хаосу.

Мона не поддалась панике.

Она кричала приказы ныряльщикам, собирала их и направляла к пленникам, чтобы не дать им освободиться. Кольм побежал к замку с атлатлом в руке, позвав с собой отряд, чтобы разобраться с часовыми в окнах. Арлен оттащил капитана от меча, ударив его несколько раз по челюсти.

Но бой не успел развернуться, крик вдали пробился через шум. Каван и несколько людей озера пробились через толпу с тревогой на лицах.

— Моя королева! — закричал он Моне. Он выбрался из толпы своего народа. — Моя королева! — он взмахнул рукой, указывая на горы. — Из леса… идет лесной народ. Армия Сильвервуда. Мечники и лучники, а во главе их король!

Лицо Моны заметно побледнело, она повернулась к стене.

— Врата…

— Заперты. Но если они перебрались…

— Нет! — прорычала она. Мона повысила голос в шуме. — Атлатлы сюда! Атлатлы к стене! — она повернулась и пошла, уводя за собой череду людей, выбравшихся из толпы. Я пошла за ними, уклоняясь от людей озера, бегущих в бой или удаляющихся в убежище. Я топала по мосту, ведущему к стене, твердая подошва посылала дрожь от каждого шага к спине.