– Ты так легко это говоришь, – пробормотал брат.

– А чего не сказать? – фыркнула Алиса. – Честно говоря, мне смешно немного. Хватит кукситься. Шагаем дальше, а то времени на тренировку маловато будет. А нам на неё ещё снаряды надо бы раздобыть.

– Что ты имеешь в виду? – заинтересовался брат, шагая рядом и оглядываясь на спешащую, немного поотстав, Лулу. – А, понял. Что то вроде мишеней?

– Естественно. И побольше, и поразнообразней. Ведь мы собираемся тренироваться не только для попадания в цель, но и для её поражения.

Удобное местечко для тренировок обнаружилось за каким то приземистым строением – возможно, конюшней. Сама конюшня тоже оказалась ценной, потому что её, кажется, пытались отремонтировать, но забыли о том. Так что досок – причём самой различной формы, нашлось рядом с ней очень много – целая куча. Для начала оживившиеся брат с сестрой быстро набросали на траву, рядом с большой кучей, кучку поменьше, выбирая те куски дерева, которые будут мишенями. Лула в это же время серьёзно отнеслась к заданию – отыскать здесь же небольшие шесты.

– Слышь, Вить, а как мы будем к шестам прибивать мишени? – вполголоса спросила Алиса, пока белобрысенькая пыхтела недалеко от них, вытаскивая очередной найденный шест. – Просить в доме гвозди и молоток как то не хочется.

– А зачем нам прямые мишени? – снисходительно к женскому мышлению спросил брат. – Мы сами в этих досках прожжём дыры, а шесты установим чуть косо. А потом – насадка дырами на шест, и вперёд, учись работать с огнём.

– Выжжем дыры? – хмыкнула Алиса. – Тоже, кстати, обучение. Мы ж такого ещё не пробовали. Ты молодец, что придумал такое.

Дыры выжигали, уложив деревяшки на землю – удобней затаптывать огонь, если он вспыхивал на сухом дереве и дальше. Потом Виктор пошёл к Луле помочь воткнуть шесты в землю. А Алиса сгребла мишени поближе к будущему спортивному полигону и принялась разглядывать прожжённые ими дыры, одновременно думая: «А если меня заставят таки выйти замуж за этого дана Маркаса? Нет, он, конечно, симпатичный, ничего не скажу. Но ведь… Это же насилие – выходить замуж за того, кого не знаешь. – С корточек она свалилась сидеть боком на траве. – Но приказ короля… Что он сам то, этот Маркас, может поделать… А этот… – Она вздохнула, вспоминая глаза дана Регана, и мурашки облепили всё тело, заставляя содрогаться. – Почему он нас только проводил, а не остался проверить, как мы тут будем жить? Хотя что ему проверять…»

– Вот эти три я возьму и поставлю, – сказал подбежавший брат.

Только было схватил три небольшие доски с дырами в них, как Алиса шлёпнула ладонью по ним, не давая поднять.

– Ты что!

– Нет уж. Если тренироваться, так вместе, – твёрдо сказала она. – Пусть будут четыре мишени. И будем тренироваться совместно.

Он заглянул ей в лицо и кивнул:

– Ты чего? Злишься? Спрашивать не буду – на что или на кого. Но тогда точно – надо бы злость в огонь перевести.

Она даже улыбнуться не сумела в ответ на это предположение.

Правда, выяснилось, что, пока она возилась с этими деревяшками, забыв обо всём на свете, Виктор с Лулой откуда то из середины досочной кучи выкопали колченогую скамейку без спинки. Сидеть на ней было опасно для жизни, но можно было, слегка вбив скособоченные ножки в рыхлую землю с густым переплетением травы, установить её в виде примитивного стенда, чтобы учиться сбивать с неё огнём мелкие предметы – например, те же деревяшки, но поменьше.

– Хм, наверное, начну со скамейки, – удивилась себе Алиса. – А ты с чего начнёшь?

– Попробую прожигать в мишенях дыры в углах, – приглядевшись, решил Виктор.