Последнее она проговорила так задорно, что обе рассмеялись. А когда в том же шкафу развешивали вещи Лулы, Алиса мрачно подумала: «Если муж решил, что легко избавился от меня, я ему назло здесь выживу!» А вслух, хихикнув, спросила:

– Лула, а из кроличьей шерсти вязать можно?

– Не знаю, – растерялась та. – Хотя… Слышала, что кролики должны быть… пуховыми, кажется. Но дикие?

– Значит – попробуем, – смеясь, решила Алиса.

А когда закончили с барахлом: уложили шкатулки с украшениями и предметами для штопки на верхнюю полку того же шкафа, Лула осмелилась и Алисе вопрос задать:

– Леди Алиссия, а вы правда не боитесь остаться здесь? Может, попробуем вернуться? В наши края?

– Во первых, называй меня Алисой, то есть по имени, и на «ты». Во вторых, будет возможность – мы с братом отведём тебя к твоим родным. Это я тебе твёрдо обещаю. – И добавила, понимающе кивнув: – Зимы испугалась?

Белобрысенькая не сразу и как то неопределённо пожала плечами. И Алиса подумала, что задала глупый вопрос. Она знает, чего боится Лула. Измигунов. А ещё… Мельком вспомнилось, что у Лулы трое братьев и три сестры. Здесь, в лесном доме, страшно. Но дома… Если Лула в семье среди детей старшая, то её сомнение, стоит ли возвращаться, понятно.

– Дан Виктор, – негромко сказала Лула, и Алиса обернулась к входной двери.

Вообще то сначала вошёл Кун, а уж за ним Виктор. Удивлённая Алиса посмотрела на белобрысенькую. Почему же она назвала только Виктора? Но мысль была не из самых важных, поэтому быстро забылась.

– Как ваши охотничьи успехи? – полюбопытствовала она, наконец поняв, каким образом они охотились: у обоих за плечами висели, кажется, арбалеты. В прошлый раз, утром, они, видимо, оставили оружие во дворе.

На этот раз Виктор поднял, будто в победном жесте, связку кроликов.

– Куда их?

– Отнесу на кухню. Мы потом их разделаем, – отозвалась Алиса, принимая внушительную тяжесть и чувствуя себя… настоящей хозяйкой именно лесного дома. – Мужчины, вы умылись? Тогда садитесь за стол – обедать.

– Как много о… – почтительно протянула Лула, спеша за ней. – Дан Виктор, неужели это всё вы сами? Вы такой молодец!

Младший брат хозяйки смущённо кашлянул и промычал что то не вполне внятное. Алиса оглянулась на Куна: тот пытался спрятать улыбку.

Уже за столом, выждав, пока мужчины насытятся, Алиса спросила:

– После обеда вы тоже идёте охотиться?

– Думаю, пора заняться домом, прежде чем наступят сумерки, – ответил Кун, а Виктор покивал, подтверждая. Наверное, они договорились о том, возвращаясь.

– Я думала – домом будем заниматься под вечер.

– Нет, леди Алиссия. Надо будет проверить чердак, нет ли там дыр. Надо пройтись по подвалу, чтобы закрыть все подвальные окна. И надо будет укрепить все окна в доме: сразу ставнями – все те, что нам не нужны, а в последнюю очередь – те, которыми пользуемся до вечера.

– Мы нашли факелы, – сообщила Алиса. – И связку свечей. Кун, а вы до укрепления дома не могли бы помочь нам с кроликами и научить Виктора коптить мясо?

Брат недовольно поморщился, а потом внезапно распахнул глаза, глядя на Куна, и успокоился. Чего это он?

Подумав немного, оборотень согласился:

– Сделаем небольшую конструкцию для копчения, разложим тушки, а остальное время, пока мясо коптится (а это несколько часов), как раз и займёт подготовка дома к следующей ночи.

После обеда мужчины ушли во двор, а Алиса снова потащила Лулу на чердак.