И поехали!

Несколько раз Алисе приходилось бросать «своего» монстра, чтобы добежать до брата и Лулы и помочь им выкатить тяжеленную тачку, колёсами застревавшую то среди кочек, то в какой нибудь мелкой, но коварной ямке. Злились, ругались, спорили – брат с сестрой, в основном, разумеется. Пока доехали – устали, как черти! Но Алиса была рада: если учесть, что они притащили к склепу вдвое больше дохлых тварей, чем ранее думалось притащить за один раз, то всё замечательно. Им предстоит сделать ещё две поездки к склепу – не шесть, как было бы, тащи они тварей по одной. И ещё. Лула очень старалась, хоть брат на неё частенько срывался и покрикивал. А что было бы, возьмись она тащить измигуна в одиночку?

Куна решили вопросами своими пока не трогать. Проезжая мимо него, поглядывали порой и видели, как он то сидит, то лежит, то ползёт, наверное, в поисках нужной травы в нужных количествах. И Алиса твёрдо поклялась себе, что, закончив с переносом измигуньих трупов, она обязательно посмотрит, что за травы использует оборотень. И поможет ему искать их, пока есть время. А втихомолку радовалась, что ещё сутки проведёт в этом доме, который так странно притягивал её.

Под конец работы они уже даже не боялись свалиться на траву перед склепом – лишь бы не воняло в их сторону. Свалиться и отдохнуть – даже хотя бы перед тем, как вернуться. Смотрели на высокие деревья, на шелестящие листья и не то дышали, не то вздыхали… Не оборачиваясь, Виктор спросил, благо валялся ближе, чем Лула:

– А чего тебя Мичил то вызывал? Ночью?

– Ничего, что бы нам пригодилось, – ровно сказала Алиса. – Он рассказал, что есть боевые маги, которые могут за плату освободить местность от измигунов.

– Ты не спросила, как они это делают?

– Нет. Сразу сказала, что у нас денег нет, и он больше не стал со мной говорить.

– Гад…

– Похоже, что так, – вздохнула Алиса. И снова замолкла, глядя на светло голубые кусочки неба в ветвях, время от времени перемежаемые лениво плывущими белыми облаками. Но про себя подумала: «Мы справимся сами. У нас есть на кого положиться. На нас самих. Пусть, уезжая, он думал, что оставляет нас на смерть. Отобьёмся!»

Глава 10

Пока солнце ласково гладит по лицу, нежно пригревая, пока травы вокруг мягко веют сладкими запахами, а близкие птицы старательно нащёлкивают и присвистывают что то легкомысленное, всегда остаётся отрадное и глупое чувство: «Всех победю!» И кажется, что тёплый, светлый день будет бесконечным, а ночь с её… измигунами – всего лишь чья то страшная байка, которая, возможно, уже закончилась.

Проговорив про себя смешное слово «победю», не поддающееся нормальному формообразованию, Алиса плаксиво подумала, что вставать с травы не хочется. А надо. Надо шагать до лесного дома, проверять, как там во всех окнах закреплённые вчера ставни и стоит ли их заново переустанавливать. А потом идти на кухню и немного злиться, что соль прошлые неведомые жильцы оставили, а вот крупу – не догадались.

И резко села. Соль! Вот о чём Алиса уже некоторое время пыталась спросить у Куна – и забывала!

– Чё вскочила? – недовольно спросил брат, лежавший рядом, покусывая травинку.

– Век бы лежать так… – мечтательно протянула Лула.

– Ну и лежите, отдыхайте, – пожала плечами Алиса. – А я к Куну. Посмотрю, как он там.

– Ой, леди Алиса! – После предложения хозяйки звать её только коротким именем белобрысенькая часто путалась, как называть её. Сейчас выпалила нечто среднее и вскочила следом. – Ежели вы к оборотню – и я с вами! Так хочется поглядеть, какие он травки себе нашёл!

Вспомнив, как много Лула перечислила названий целой кучи трав, росших возле ручья, Алиса нисколько не удивилась её желанию: кажется, девица тяготела к травничеству.