— Вот я вас и поймала! — заорала она голосом оперной певицы во время семейного скандала. Я уронил подушку и вытащил меч. Её это не насторожило. Она обрадованно ткнула в мой тесак длинным, черным и похожим на нож для грибов, когтем. Совсем не женственно смотрится, кстати. — Ага! Хотели порезать мои наряды!

Да куда уж больше! Я на секунду залип на её грудь, удивленный тем, что не вижу её сосков. Она гневно дышала, встав в метре от меня, тыкала в меня победно когтем и вдруг удивленно завертела головой по сторонам, заметив, что Милена и Лизавета тихонько обходят её с боков.

— А вы кто такие? — она нахмурилась. Лизавета бросилась на неё первой. Рыжая быстра, но надо ей над техникой поработать. Просто банально прыгнула, выставив перед собой руки, не успевшие даже еще обзавестись когтями. Не знаю, что Лиза хотела — сбить незнакомку с ног? В любом случае не сработала. рогатая легко увернулась. Танцующий шаг в сторону, с поворотом корпуса, прямо как мастера кунг фу в фильмах про боевые искусства уворачиваются от всего. Демоница в отличии от туповатого меня очень быстро приняла изменившиеся правила игры и тут же, без раздумий, со всей дури лягнула Милену. Та явно не ожидала такой резкой реакции. Удар пришелся Миле в грудь и она отлетела в сторону. Ну, не так прям отлетела, не как грузовик сбил. Как борцовская груша, которую с разбега пнули. только косички взметнулись.

— Ты что сохатая, сдурела?! — возмутился я. Отбросил меч, раз она его не боится и рывком прошел рогатой в ноги. Борьбе тут, кстати, тоже учат. Это часть фехтования. Случись нечто непредвиденное и хорошо подготовленные бойцы не стеснялись выпустить оружие и перевести бой в партер. Постараться уронить противника, подмять его под себя и закончить дело кинжалом. Как я подозреваю, именно из таких, очень житейских семейных способов выжить, со временем вольная борьба и выросла. Вот и сейчас я совершил практически классический проход в ноги, на рефлексах Мстислава, а потом бросок. Уже немного по своему. Шмякнул рогатую об пол с размаху, как воблу об стол.

Та вякнула и замерла, оставшись лежать неподвижно вытянув руки вдоль тела. Я бросился к Милене.

Мила уже и сама поднималась.

— Дышать не больно? — я схватился за её грудь. За грудную клетку, точнее. Мне показалось, что от такого удара ей должно было все ребра переломать. Милена отрицательно замотала головой.

— А ну вдохни полной грудью и следи за ощущениями! — потребовал я.

— Все потом, рвать когти надо! — рявкнула Лизавета. В руках она уже держала оба зеркальца и лампу Ибн Хальдуна. Мы нашли откатившуюся под столик голову, над которой Ибн Хальдун уже растянул портал. И нырнули в него.

Никогда не думал, что темень лицея меня так обрадует. Через секунду рядом появился и Ибн Хальдун. Принес с собой одежду.

— Ну вы и набедокурили. Все, я назад. Сейчас прибегут гулямы, потом дело дойдет до владыки и он призовет всех слуг.

— Подожди! — успел окликнуть его я. — Когда тебя назад ждать.

— Может завтра. Может через две недели. Встретимся тут же. Если вас не будет, я оставлю записку в вашем ящике, — отмахнулся Ибн Хальдун и пропал. Параллельно он заметал следы — спрятал обратно конструкцию Распутина, закрыл путь. Потом нырнул в портал, ведущий в башню владыки джинов. А чуть погодя закрылся и портал. Мы остались в полной темноте.

— А мы наш светильник, Лицейский, где-то забыли, — тяжело вздохнула Лизавета.

Глава 25

Глава в которой главный герой задается извечными вопросами.