— Хочешь грушу? — робко предложила она. — Или пирожок с картошкой? Я тебе куплю.

Укор в моем взоре не исчезал, и она торопливо продолжила:

— Я могу постирать его порошком. Специально куплю «Тайд».

— Ладно, — смилостивилась я. — Только учти — тебе придется потом на ней полежать. В качестве амортизатора. Все-таки большая разница — лечь на подстилку после тебя или после него. После тебя еще ничего.

— Хорошо, обязательно.

— Шутите, — обрадовался Объект. — Люблю шутки. Потому и выбрал вас из всех девчонок. Конечно, тут есть и покрасивее, но можете не волноваться — я вас не брошу.

Поздно вечером, когда мы уже переоделись в ночные рубашки, Настя неожиданно сказала:

— Все-таки я поражаюсь нашему легкомыслию. Мы, по-моему, с ума сошли.

— Не мы, а вы, — поправила Света. — Я в шторм не купалась.

— При чем здесь купанья? От них еще никто не умирал.

— Ничего себе — не умирал! А утопленники?

Разговаривая, Света с удовлетворением рассматривала мой коврик, сохнущий на веревке. Он выглядел на пять лет моложе и даже изменил цвет.

— Утопленники не умели рассчитать своих сил, — возразила Настя. — А я умею. И за Катей всегда прослежу. Дело в другом. Как ни крути, на нее вчера покушались. Кто? Аферисты, больше некому. Что мы о них знаем? Ничего. Кроме одного… — Настя понизила голос, — полтретьего ночи они ходят в поселок. По крайней мере, ходили. Куда, зачем? Может, у них там малина? Если б мы ее обнаружили, мы бы уже смело могли заявить в милицию. Но нет. Мы дрыхнем в домике и ждем, пока Катю прибьют. И дождемся. Тогда-то, конечно, нам будет, с чем обратиться в милицию. Только стоит ли дожидаться?

— Нет, нет, не стоит, — испуганно ответила Света. — А что делать?

— Выследить, разумеется. Сейчас уже час. Что, мы не проболтаем полтора часа?

Проболтать мы спокойно сумели бы и полтора года, это для нас не проблема. Настя в целях нашего общего развития стала пересказывать содержание еще не переведенной американской сексуальной книги, случайно попавшей ей в руки.

— Там утверждают, что потенция мужчины во многом зависит от того, насколько хорошо его партнерша знакома с психологией, — вещала Настя.

— Неужели правда? — упавшим голосом спросила Света.

— Разумеется! Например, мужчина может получить неизгладимую травму, если хоть однажды не сумеет удовлетворить сексуальных притязаний женщины. Поэтому женщина не должна открыто выражать своих желаний. Она должна выражаться завуалировано. Например: «Сегодня я бы съела целого быка!» А он ей отвечает: «А я бы, пожалуй, ограничился чашечкой кофе». И все ясно, и никому не обидно. Правда, от большинства современных мужчин чего-то ждать вообще бессмысленно. Женщина, знакомая с психологией, безо всяких вопросов определит, способен ли он на что-нибудь.

— Каким образом?

— Очень просто. У мужчины с потенцией должен быть бас. Бывает, что и басы не тянут, но если уж не бас, так это заведомо импотент. Ну, не совсем, конечно, однако почти.

— Подожди, — вмешалась Света, — а есть ли здесь хоть у кого-нибудь бас? Надо подумать…

Вопрос басов столь нас заинтересовал, что мы и не заметили, как наступило нужное время.