– Кому же?

– Не помню, как называются такие люди, – прошептала она, словно в трансе. – Но все равно, не смейте меня целовать!

– И не собираюсь, – засмеялся Фил. – Вы сказали, что Сэм облизал мне нос в знак любви, я хотел сделать то же самое. – И, нагнувшись, Фил лизнул ее в нос.

Чарли прямо зашипела от возмущения, а он внес ее в дом и опустил на пол.

– И как только у вас хватило наглости, – проворчала Чарли. – Еще никто такое со мной не проделывал.

– Это просто первобытный инстинкт. Маленькие дети любят лизаться. Давайте еще попробуем.

– Вы кошмарный человек. – У нее снова заболела рука, и она почувствовала, как в ней все закипает от гнева. – Сейчас же отнесите меня обратно! Сейчас же, слышите?

– Отлично слышу, но плоть слаба, хоть дух силен, – грустно ответил Фил. Я не донесу вас даже до веранды, но против воли оставлять не буду. Позвольте придержу вам дверь.

Чарли решительно двинулась вперед, но, не пройдя и десяти шагов, остановилась на пороге. В зеленых глазах заблестели слезы – она поняла, что путь до дома ей не осилить. Подошел Фил и снова подхватил ее на руки.

– Отложим на завтра, – сказал он, прижимая ее, такую теплую, покрепче, – а сегодня отдохнем, вы примете болеутоляющее. Утром, если захотите, я отнесу вас домой. Честное скаутское! Согласны?

Она прижалась к нему и вздохнула:

– Рука болит.

Ночь была долгой и беспокойной. Прошлый раз Чарли проглотила две таблетки и после них была совершенно не в себе, поэтому, не желая терять контроль над собой, она приняла компромиссное решение и ограничилась одной.

В чужой кровати, в непривычной обстановке она спала урывками. Раз ее разбудил шум: темная тень тихо двигалась по комнате. Она испуганно встрепенулась, но тут начала действовать таблетка, и Чарли вновь будто провалилась. Темной тенью был Фил Этмор. Он замер, споткнувшись о мусорную корзину, моля Бога, чтобы Чарли не проснулась. Когда она затихла, Фил подошел к комоду, куда он уложил ее вещи, а затем неслышно вернулся к кровати.

«Только не просыпайся и не кричи», – сказал он про себя, и со сноровкой костюмера, привыкшего оказывать подобную услугу моделям, раздел ее, осторожно облачил в ночную рубашку и, поправив одеяло, нежно поцеловал в лоб.

Когда перед рассветом Чарли снова проснулась, Фил сидел в кресле у кровати, держа ее за руку. Она слабо запротестовала, тогда он чмокнул ее в ладонь, спрятал ее руку под простыню, но не ушел. Теперь ей было удобно лежать, и она заснула глубоким сном, а когда солнечные лучи разбудили ее. Фила рядом не было. Только на коврике возле кровати нес сторожевую службу Сэм.

Дверца шкафа была открыта, и там висела ее одежда в таком количестве, что было ясно – Фил Этмор не раз побывал в соседнем доме. «Пожалуй, встану и займусь делом», – сказала себе Чарли, откинув одеяло и опуская ноги на пол. Сэм потянулся и медленно поднялся, чтобы дать ей место.

– Сейчас оденусь, сегодня мне лучше, – обратилась к нему Чарли, но он лишь недоверчиво хрюкнул. Она подошла к залитым солнечным светом окнам и поняла, что ей действительно лучше. Чарли потянулась, сделала несколько наклонов, ей было тепло, так как ночная рубашка доходила до щиколоток. Но вчера на ней не было ночной рубашки, а он единственный, кто мог!.. Сэм, словно услышав сигнал тревоги, быстро убрался под кровать. – Я убью этого негодяя, слышишь, Сэм!

И произойдет это очень скоро, подумала Чарли, так как услыхала шаги в передней. Обежав глазами комнату, она увидела в углу старую клюшку для гольфа. Чарли проковыляла в угол, взяла клюшку, и тут дверь спальни отворилась.