– И вы ей сказали, что мы женаты, только чтобы избежать неприятностей?

– Не совсем так, Чарли. Это был экспромт – я спасал вашу репутацию. Вы ведь знаменитость, и я не хотел скандала...

– Хорошо, хорошо. Нечего оправдываться. Вы сделали это исключительно в моих интересах. Я вам верю. Хотя мало кто мог бы поверить в такое, но это неважно.

– Нет, все было именно так, честное бойскаутское. И не смотрите на меня так подозрительно.

– Вам не повезло. Я только что объяснила Бет, что произошло недоразумение и мы не женаты, а только помолвлены.

– И она не уволилась и не сказала какую-нибудь гадость?

– Ни слова. Только улыбнулась с понимающим видом. Как долго мы будем еще играть в эти игры?

– Всего три или четыре недели, пока вы не сможете управляться самостоятельно.

– Поскорее бы! И запомните: это вам не эксперимент и не ночная интрижка. Все только условно. Попробуйте дотроньтесь до меня, мистер Этмор, и я вас просто изувечу!

– Я не собираюсь навязываться, – явно соврал Фил. – Но для правдоподобия придется называть друг друга «моя дорогая» и «мой дорогой» и время от времени целоваться. Для посторонних, конечно.

– Но не очень страстно, – уточнила Чарли, – как пожилая пара. Я не собираюсь изображать юную влюбленную в медовый месяц.

На такой компромисс Фил и не рассчитывал, поэтому тут же поцеловал ее, хотя и не очень страстно. Как раз в этот момент миссис Сатерленд позвонила, приглашая обедать. Решив рискнуть. Фил обнял Чарли, она сжалась, но яростной вспышки не последовало. Он притянул ее к себе посильней, и они спокойно вернулись в дом.

– Как приятно смотреть на молодых влюбленных в начале их совместной жизни. – Бет Сатерленд улыбнулась и стала подавать обед. – Вы давно помолвлены?

– Совсем недавно, – ответил Фил.

– А кажется, целую вечность, – подхватила Чарли.

Во дворе раздался автомобильный гудок.

– Это за мной приехала внучка, – пояснила Бет. – Чарли, посуду не мойте, я приду рано утром и все уберу. Кстати, что вам завтра приготовить на обед?

– Окорок, – не задумываясь ответила Чарли и, тут же получив от Фила нежный поцелуй и щипок в мягкое место, вскрикнула.

– Мы не едим окорока, – объяснил Фил, стараясь говорить громко, чтоб заглушить брюзжанье Чарли. – Можно приготовить рыбу. Пикшу, например.

Чарли незаметно потерла место, за которое ее ущипнули, и отомстила, заявив с довольной усмешкой:

– Мы не едим окорока, так как у моего жениха.., аллергия.

– Ой, я и не знала. – Бет металась по кухне, ища сумку и шляпку.

– У меня аллергия не только на окорок, – серьезно продолжил Фил, – но также и на некоторые породы животных и людей, которые слишком много о себе понимают.

Экономка странно на них взглянула, нахлобучила шляпу и выбежала из дома.

– Нельзя же столько врать, – сделала выговор Чарли.

– А вы лучше ешьте, пока не остыло, – услышала она в ответ.

Обед был съеден в ледяном молчании. Три недели они прожили словно в военном лагере. Потом Чарли съездила в больницу, где ей заменили прежнюю гипсовую повязку на более легкую, которая позволяла шевелить пальцами.

– Словно десять фунтов свалилось, – сказала Чарли врачу.