Жаль, конечно, что пришлось покинуть дом при таких обстоятельствах, подумала она, подзывая такси, чтобы отправиться в гостиницу. Она ведь понятия не имела, что отец может оставить ей Плейн-лодж или какую-то его часть, и даже тот факт, что Амелия сможет жить там, сколько захочет, не мог заглушить в душе Николь гордость – дом останется в семье. В ее семье.

И семье тети Би, с благодарностью подумала Николь. Приятно сознавать, что положение ее тетки в доме осталось незыблемым.

А вот ее собственное положение было гораздо более сложным. Помимо вечной вражды с Амелией, существовала другая проблема: как она сможет проводить хоть какое-то время в Плейн-лодже, работая в Нью-Йорке? Кроме того, Амелия наверняка в ярости из-за того, что покойный муж обвел ее вокруг пальца. Николь ни минуты не сомневалась, что мачеха рассчитывала получить усадьбу целиком. Что же касается Райана… Нет, о нем она сейчас думать не станет. Райан все еще находится в Плейн-лодже, несомненно утешая мать и убеждая ее, что Николь не будет осложнять ей жизнь.

Вечер только начинался, когда Николь сняла номер и распаковала вещи. Она остановилась в одном из крупных отелей, потому что маленьких просто не знала. Однако тот, который она выбрала, был достаточно удобным и безликим, а это как раз то что надо. В конце концов, она здесь не со светским визитом. Ей просто необходимо собраться с мыслями и решить, что делать дальше. Она заказала себе легкий ужин в номер. Можно было бы пойти в ресторан, но так гораздо проще. После ужина Николь, отбросив все дурные предчувствия, позвонила тете Би, сообщила, где она, и предупредила, чтобы та никому не говорила об этом без крайней необходимости.

– Ты должна была остаться здесь, Николь, – упрекнула ее тетка. – Это ведь твой дом. И никому не позволяй утверждать обратное.

– Не позволю, – заверила Николь, вспомнив, что Амелия не сказала никому ни слова после прочтения завещания.

– Вот и позаботься об этом, – твердо заявила тетя Би. – Кто знает, что эта женщина попытается предпринять? Сейчас она в шоке, но это ненадолго. Как только она поймет, что ты сорвала ее планы, ей это очень не понравится.

– Какие планы? – настороженно спросила Николь.

– Продать Плейн-лодж, разумеется. – Беатрис прищелкнула языком. – Ради Бога, девочка, да она уже много лет спит и видит, как бы перебраться в Шербрук!

– Но я думала… – Глаза Николь расширились.

– Что же ты думала? Что у нее с твоим отцом была полная идиллия?

– Но…

– Господи, Ники, неужели он тебе не рассказывал? Мне следовало бы знать, что для этого он был слишком горд. Он и эта… уже много лет спали в разных спальнях.

Николь резко присела на край кровати. Она ведь понятия не имела, что у отца с Амелией что-то не так. Да, он показался ей неестественно жизнерадостным во время их последней встречи в Монреале, но она-то решила, что он скрывал свою болезнь. Ей и в голову не пришло, что за поведением отца кроется что-то еще.

– На что ты намекаешь, тетя Би? – выдавила она наконец, не зная, к чему та ведет, и не будучи уверена, что ей хочется это знать. Набрав побольше воздуха в легкие, Николь спросила: – У нее… есть кто-то другой? Ты это хочешь сказать?

Но тетка, похоже, не собиралась бросаться такими грозными обвинениями.

– Я просто хочу сказать, что не надо все принимать как должное, – тщательно подбирая слова, отозвалась она. – Амелия будет действовать по-своему, можешь не сомневаться.