– Ох да, Хакл дома! – подтвердила Полли, не дождавшись отклика на эту новость.

Керенса и Рубен лишь покачали головой.

– Что? – спросила Полли с некоторым сомнением во взгляде.

А они оба сердито уставились на Хакла.

– Как ты вообще мог пропасть так надолго, приятель? – спросил Рубен. – Я серьезно, как ты мог все это время обходиться без игры на дудочке?

– Не будь вульгарным! – сердито одернула его Керенса. – Но вообще, Хакл, Рубен прав: какого черта тебя так долго не было?

Хакл вскинул руки:

– Знаю, знаю. Я был идиотом.

– Безобразие! – заявила Керенса. – Конечно, Полли пришлось отбиваться тут от целого городка!

– НИЧЕГО ПОДОБНОГО! – вскинулась Полли. – Еще чего!

– Тише! – осадила ее Керенса. – Я просто напоминаю ему, как ты невероятно привлекательна, на случай, если он захочет снова смыться.

– Кстати, тоже напоминаю: я «смылся» прежде всего ради того чертова фургона.

– Да, фургон отработал свои деньги через два дня после того, как тут появился! – соврала Керенса. – Ну не важно, теперь это не имеет значения. Рубен! Купи моей подруге пекарню! И я снова запру тебя в сексуальной тюрьме.

– Мне бы это понравилось, – кивнул Рубен. – Ладно.

– Нет! – возразила Полли. – Это мы уже проходили. Я не хочу, чтобы ты мне что-то покупал. Я хочу сама всего добиться. И смогу – мы с Нэн-Фур прекрасно справляемся. Просто отлично. Точнее, хорошо.

Все повернулись и посмотрели на «Маленькую пекарню на Бич-стрит». Ее фасад изрядно пострадал прошлой ночью, на одном углу совсем осыпалась краска. Это выглядело так печально… Но внутри хлопотали два человека. Полли прищурилась, всматриваясь.

– Черт побери! – воскликнула она. – Похоже, матушка Джейдена сегодня осталась дома.

– О чем ты?

Полли показала на две смутные фигуры за окном:

– Если мама Джейдена дома, то сам он здесь…

Хорошенько приглядевшись, сквозь пыльные окна пекарни можно было различить страстно обнимавшихся Джейдена и Флору.

– Она опять пропустит отлив, – предсказала Полли.

– Джейден дал интервью местным новостям, – сообщил Хакл. – Я сам видел. Они и тебя хотели расспросить, и я сказал, что поговорю с тобой, а потом забыл. Извини.

– О боже! – вздохнула Полли. – Ничего хуже и вообразить нельзя. Слава богу, что ты забыл.

И как раз в этот момент в задней двери пекарни показалась жалкая фигура. В руках у нее был небольшой футляр и маленький железный сейф. Фигура остановилась, чтобы посмотреть на Джейдена и Флору, ничего не заметивших, и быстро прошла мимо входной двери.

Это был Малкольм. Он выглядел подавленным.

– Эй, тупица! – закричал Рубен.

– Перестань, Рубен! – осадила его Полли.

Она не могла ненавидеть Малкольма сейчас, после того, что случилось штормовой ночью. Теперь все сплотились вокруг нее, Полли. И казалось совершенно не важным, какие чувства вызывал у нее прежде Малкольм.

Тот остановился, будто ожидал, что теперь в Маунт-Полберне его будут называть не иначе как тупицей.

– Что?

– Сколько стоит твоя пекарня? Которую ты просто развалил!

Малкольм фыркнул.

– Это не моя пекарня, – сказал он.