— Давай, давай, поворачивай, проклятье, поворачивай! — умолял капитан Пиви неспешно движущийся «Полководец», сонно наклоняющийся, чтобы направить свою главную артиллерию на надвигающийся Джаггернаут.

— Господь наш небесный, — выдохнул Энгерсолл, когда из моря вознеслась мощная серая башня, вспоров океан, будто острый нож, вздымая пену и брызги на сотни футов ввысь.

На глазах у застывших на квартердеке людей сверкающая башня поднялась на всю свою высоту. Стиснув зубы, Энгерсолл увидел два огромных полусферически выпученных окна, появившиеся по обе стороны громадной конструкции. Затем с всколыхнувшимся ужасом узрел, что от самого верха обтекаемой башни, спускаясь к чудовищному круглому носу судна, идут громадные сверкающие шипы, ощетинившиеся, как громадные зубы исполинского змея, тремя длинными рядами от носа до башни. И тотчас перед их изумленными взорами чудище развило невероятную скорость.

Моряки Королевского флота с разинутыми ртами смотрели, как диковинное видение уходит обратно в морские глубины.

Рэнд оглянулся на капитана, буквально окаменевшего от потрясения. Подзорная труба выскользнула из ослабевших пальцев, и ее линзы разбились о палубу.

— Огонь, как только орудия окажутся на линии выстрела! — крикнул Рэнд, тотчас приняв командование на себя.

Массивные тридцатидвухфунтовые нарезные орудия начали стрелять, как только странный монстр показался в прицелах. Рэнд с удовольствием отметил, что первые три снаряда угодили в чудище еще до того, как оно успело погрузиться достаточно глубоко. Однако радость его оказалась мимолетной — этот морской кошмар все набирал скорость, даже не дрогнув от сокрушительных ударов самых могучих орудий британского флота. Предстоящее нарисовалось Рэнду настолько явственно, будто оно уже стало достоянием прошлого. Развернувшись, он ухватился за штурвал, чтобы помочь рулевому.

— Лево, лево руля! — рявкнул он.

Но выполнить этот приказ было уже не суждено.

С приближением подводной твари океан вздымался вокруг нее, подхватив громадный боевой крейсер так высоко в воздух, что чудище могло безобидно проскользнуть под ним. Но вместо этого 175-футовый «Полководец» яростно содрогнулся от удара снизу — настолько сильного, что грот-мачта раскололась, тяжко рухнув всем своим весом на палубу и погребая под собой капитана Пиви.

Отпрянув, Рэнд увидел, как грандиозный фонтан воды срывает крышки четырех главных люков ниже квартердека — сила столкновения вспорола днище исполинского судна, сокрушив его могучий киль, будто хворостину. Тяжелый крейсер завалился на левый борт, все еще повинуясь повернутому туда штурвалу. Лейтенант Рэнд с трудом поднялся на ноги, чувствуя, как грандиозный корабль проигрывает сражение за жизнь.

Энгерсолл с ужасом узрел, как толчок соударения бросил сэра Лайонела навстречу смерти, когда корма «Полководца» взмыла в воздух. Корабль вдруг содрогнулся, когда порох в крюйт-камере взорвался, обращая дубовые шпаногоуты судна в щепу и неистово круша все на пути взрыва и швырнув Энгерсолла в бурлящее море.

Он нырнул, пытаясь уклониться от корабельного бруса, рухнувшего в море. Вокруг моряки отчаянно старались удержаться на плаву, а «Полководец» с переломленным хребтом, с предсмертным стоном, от которого содрогнется душа любого моряка, раскололся надвое, как картонный, и стал стремительно погружаться, увлекая в пучину еще полсотни человек.

Энгерсолл почувствовал, как чья-то рука ухватила его за длинный сюртук, выхватив из пасти смерти, с которой он уже было смирился. Выплевывая заполнившую рот теплую воду, он увидел, что из объятий моря его вырвал лейтенант Рэнд.

Развернувшись, чтобы ухватиться за плавающий обломок судна, Энгерсолл буквально оцепенел: в каких-то двухстах футах от него скользил громадный металлический монстр, вынырнувший с громогласным шипением исторгаемого воздуха и стремительно извергаемой воды, взмывшей к небесам, породив чарующую и в то же время ужасающую радугу.