Большинство из этих людей меня не знали. Вместе с Ивон и Макманисом я сопроводил Робби в специальную комнату и вышел посмотреть обстановку. Только двое из обвиняемых бросили в мою сторону недоброжелательные взгляды. Одним из них был Шерм Краудерз, который явно желал мне смерти. Но истинная враждебность исходила от адвокатов. Мел Тули, Нед Хэлси, Джексон Эйрес — вот уж кто меня люто ненавидел!

Однако Тули, как и положено заправскому лицемеру, увидев меня, дружелюбно заулыбался. Вид у него был на редкость нелепый. Идиотская накладка из искусственных волос, похожая на шерсть косматого пуделя, узкий старомодный костюм, плохо сидящий на его бочкообразной фигуре.

— Я бы хотел поговорить с вашим парнем по дороге в зал. Это возможно?

— Маловероятно.

— Ну а вы сами не откажетесь ответить на пару вопросов?

— Нет.

— Я вам позвоню, — пообещал Мел и, предварительно осмотревшись, добавил доверительным тоном: — Я восхищен вашей смелостью, Джордж. Взялись защищать такого парня. Они вам не простят. Подумайте, пока не поздно.

Он намекал, что, если я не хочу, чтобы пострадала моя практика, лучше порвать с обвинением и помогать обвиняемым.

Я промолчал и двинулся дальше. В этот момент в холле появился Стэн. С последним, десятым ударом часов. Как всегда, аккуратный и радостно возбужденный. Было заметно, что он натянут, как тетива. Надеялся на успех. Окинув быстрым взглядом собравшихся, он поздоровался лишь со служащим большого жюри. Затем повернулся ко мне, держась за ручку двери зала.

— Я на пару минут. Разъясню присяжным существо дела, и начнем.

— Это я расскажу им! — крикнул Уолтер Вунч, который находился ближе всех к двери. — Я расскажу им много о чем. Граждане Америки! Я сражался за эту чертову страну, а меня эти люди подставили, как последние коммуняки-китайцы. Применили всякие шпионские штучки, понаставили потайных микрофонов. Пустите меня туда. — Уолтер предпринял драматическую попытку встать и тут же устало опустился в кресло. Тули ринулся к своему клиенту и сел рядом.

— Представляю, что он им расскажет, — печально произнес Шерм Краудерз из другого конца комнаты.

Стэн воспринял реплики со снисходительной улыбкой. При других обстоятельствах это ему, наверное, не понравилось бы, но сейчас он знал, что так положено.

— Готовь Робби, — сказал он мне и направился в зал.

Я вернулся в небольшую комнату для свидетелей. Здесь, видимо, иногда устраивались на обед служащие суда, и запах стоял соответствующий. Сегодня я приехал раньше остальных. Открыл дверь и чуть не пошатнулся от ударившего в нос острого запаха лука. Оказывается, в урне всю ночь пролежал недоеденный сандвич. Урну я распорядился вынести, но запах пока не выветрился.

С Робби заранее ясно все. Кроме вопроса о пленке, остальное будет похоже на театральное представление. Он войдет в небольшое помещение без окон, где его встретят зрители-присяжные в количестве двадцати трех человек. Начнется действие на манер театра абсурда. Робби назовет свои данные — полное имя, фамилию и прочее, — что зафиксируют не менее чем на десяти пленках катушечных магнитофонов и компьютерных дисках.