Ей захотелось выбраться отсюда. Но как только она повернулась, чтобы уйти, в дверном проеме появилась отвратительная фигура. Анджела отпрянула, задев скелет, который с грохотом упал на пол.

От ужаса она вся напряглась. Но ее первым порывом было атаковать. Не бежать. Драться.

Она сгруппировалась, готовясь к нападению, но не понимая точно, что именно она делает. Это была непроизвольная реакция. Инстинкт в чистом виде. Реакция на подсознательном уровне. Она не удивилась тому, что знала приемы самообороны или что она смогла среагировать автоматически. Как информатор она представляла большую ценность для «Смарттека», и они обучили ее самозащите. Но она так же знала, как нападать. Одним точно рассчитанным ударом можно было бы сломать шею и вывести из строя соперника. Она это знала. Это знание было частью ее, частью ее нервной системы, и было больше, чем обычный инстинкт.

Она знала, как убивать людей. И она убивала людей прежде.

Это ощущение тотчас же пропало, но все равно Анджела едва могла дышать от шока. В этот момент она представляла собой легкую мишень. Но ее противник уже снимал маску и пытался извиниться.

— Анджела? — статная женщина тряхнула растрепавшимися светлыми волосами, а затем расчесала их пальцами. — Что ты делаешь здесь, в Мехико? Я думала, это Педро, мой управляющий. Извини, что напугала тебя.

Анджела всматривалась в привлекательное лицо, не в силах сказать ни слова от волнения.

— Сильвер? — колотящееся сердце позволяло ей только шептать. Анджела ожидала, что в тот момент, когда она встретится лицом к лицу со своей подругой, она вспомнит всё, но она не знала эту женщину. Ей была знакома только уверенная манера держаться.

И голос.

— Ты не помнишь меня, не правда ли? О, дорогая… — Сильвер изучала лицо Анджелы с таким сожалением, будто бы признавая, что на ней лежит персональная ответственность за этот факт.

— На это есть причина, и я объясню всё это позже. Для начала давай нальем тебе что-нибудь выпить, чтобы ты немного успокоилась.

Но Анджела не была готова успокаиваться. Она не знала, с кем имеет дело.

— Твои глаза? — она попыталась сформулировать правильно. — Они были когда-нибудь другого цвета? Серебристо-голубого?

— О да, разумеется! Это же одноразовые контактные линзы. Сегодня они карие, верно? — Сильвер громко рассмеялась.

— Ты смогла купить контактные линзы в Сент-Луисе?

— Нет, к северу от границы. — Сильвер сняла черный плиссированный плащ, который был на ней. Под ним оказались элегантные белые шорты и полосатая кофта на бретелях. — Я бываю в Штатах раз в месяц по делам бизнеса. Мои волосы тоже теперь другие. Они были ужасны раньше, так же, как и твои. Ты помнишь? Я перекрашивала их с такой же частотой, как меняла контактные линзы.

Анджела начала вспоминать. Много всего, в том числе тот факт, что их первая встреча с Сильвер, короткая встреча, произошла тогда, когда они обе были подростками.

Сильвер угрожали неприятности, и Анджела знала об этом. Она предупредила ее, и, вероятно, этим спасла ей жизнь. Но та Сильвер — девушка-подросток, сильно отличалась от женщины, представшей перед Анджелой сейчас, и даже от той женщины, к которой Анджела обращалась раньше, когда нуждалась в помощи.

У Сильвер всегда была сухощавая атлетическая фигура, и сейчас она осталась такой же. Она была смышленой и находчивой, в ней чувствовались ум и способность сострадать. Но при этом за последние два года она кардинально изменилась.

Анджела пристально посмотрела на подругу, тряхнула головой, и обе женщины спросили в один голос:

— Что ты здесь делаешь?

— Ты можешь в это поверить? Я владею плантацией! — первая сказала Сильвер, указав на окружающие территории и приглашая Анджелу оценить поместье.