«И все-таки что-то здесь не в порядке», говорил он себе. «Что-то действительно извращенное». Они играла острыми ножами, как будто это были столовые приборы, и, о кстати, она убивала людей.

Он слышал о Стокгольмском синдроме, когда заложники начинали сотрудничать с похитителями, но думал, что на это нужно больше времени. Еще пара дней, и он будет помогать ей планировать следующее нападение, выбирать простофилю, которого она прихлопнет после того, как убьет его. Он проигрывал. Вот что было не так. Где-то в глубине он утратил способность отстраняться. Он не мог мысленно отдалиться настолько, чтобы определить, кем она действительно являлась. Теперь ему было необходимо освободиться до того, как она опробует на нем еще уловки. Анджела была не стервой, а ведьмой. Он не мог думать ни о чем другом, и если она действительно была нездорова, то это давало ему преимущество.

Джордан убрал голову с ее груди и вдохнул. «Кислород в мозг», подумал он, пытаясь вывести нервную систему из оцепенения.

— Прежде чем принесешь мне поесть, — сказал он, — у меня есть более насущная проблема.

— Какая?

— Мочевой пузырь. Он сейчас лопнет.

Анджела поднялась и вышла, прежде чем он понял, что она делает. Для человека с лихорадкой, она быстро встала на ноги. Он слышал, как она шарит в шкафчиках в кухне, и когда она вернулась, в руках ее были ведерко и полотенце.

— Что ты делаешь? — спросил Джордан, когда она опустилась перед ним на колени.

— Ты сказал, что тебе нужно в туалет.

— Да, но я имел в виду, я думал…

— Ты думал, что я развяжу тебя?

Ее губы дрогнули, пытаясь сдержать резкое движение. Джордан расценил это как нервную усмешку, но, возможно, принял желаемое за действительное.

— Что я собираюсь сделать, — сказала она, — это расстегнуть молнию, вытащить его из шорт, а затем я собираюсь убедиться, что ты не намочишь пол.

— Господи Иисусе, — пробормотал Джордан с агонией в голосе. Если она хотела помучить его, то двигалась в правильном направлении. Он услышал звук расстегивающейся молнии и вздрогнул. Следующее, что он почувствовал, — шелковистые руки, которые прикасались к нему, освобождая его наполовину вставший член.

В том, что при полном мочевом пузыре член был наполовину возбужден, не было ничего необычного. Но «наполовину» для нее было явно недостаточно. Она обхватила его, и он мгновенно увеличился в размерах. У этой женщины был больший контроль над его телом, чем у него самого. Но были и другие проблемы. Очень трудно помочиться, когда наступает эрекция. Чтобы это знать, не нужно быть врачом. Стоя на коленях, она смотрела на него снизу вверх, само воплощение невинности, с наивным взглядом, белая и пушистая. Его невинный младенец.

Слабая улыбка появилась на ее устах.

— Думаю, у нас проблема, — сказала Анджела.

Глава 15

Он кинул горсть попкорна в рот и начал жевать. Он любил темноту, а кинотеатры как раз и были такими: позволяли оставаться одному, находясь среди людей. Здесь никто не бросал тех ужасных взглядов, и никто не свистел. Большинство зачарованно смотрели на экран, видя при этом вещи более нелепые, чем одиноко сидящая жертва пожара в их рядах. Его нисколько не волновало, когда люди в ужасе смотрели на него. Он уже привык к этому. Его собственный отец выказывал отвращение и обвинял его в ужасных вещах, включая и свой собственный поджог. Его старик давно считал собственно сына и наследника большим разочарованием; все семейное общение оборвалось уже давно, и поддерживалось разве только через адвокатов, всегда грозивших вычеркнуть его из завещания. Но это его тоже не волновало.