Он использует твою слабость против тебя! Ты предашь себя сама!

— Мне нужно к реке, — дрожала она. — Мне нужны камни.

— Нет! Не выходи. Развяжи меня! Анджела…

Но она уже с трудом поднялась на ноги и стягивала одежду.

Ее подстегивало ощущение безумия от попытки выжить. Это был последний выброс энергии. Промокшая блузка упала на пол, с рывком молнии упали шорты, затем ее трусики. Одежда лежала на пороге, пока она убегала в кричащую ночь.

Кто-то кричал на нее, но она не обратила внимания.

Нужно добраться до реки. Она умрет, если не доберется.

ОНИ выстроились в линию напротив стены, шесть футов высотой мужчины со стального цвета волосами, все без рубашек и с повязками на глазах. Это была команда для расстрела и оружие было у нее. Затрещали пули и воздух пропах порохом. Падали тела. Будто кто-то задувал свечки на торте. Она отчаянно хотела попасть во всех, пока еще могла дышать! Но как только она застрелила последнего пленника, его повязка упала с глаз и Анджела увидела, что это была женщина. Все они были женщинами.

Мертвые тела на земле — это была она.

Тери Бенсон резко проснулась и медицинский журнал, который она читала, упал на пол. Ее грудь сдавило, а желудок сжался, когда она выпрямилась. Беспокойный сон, размышляла она, вероятно, вызванный стрессом. Возможно, она просто много выпила кофе, вот только она не употребляла кофеин. И редко испытывала стресс, несмотря на то, что каждый хирург в ординатуре наблюдал за ней, как стервятник, надеясь, что она сломается под их давлением.

Карманный пейджер надрывался. Она отстегнула его от пояса, удивленная, что проспала предыдущее сообщение, секундой раньше. Такого никогда не случалось прежде, но возможно пиканье вызвало выстрелы в ее сне. Уже полночь и согласно электронному дисплею, ее вызывали в Травматологическое в первый раз за ночь. Но не в последний, она была уверена.

Большинство сердечных приступов случается в ранние утренние часы. В это время ночи это, возможно, было несчастным случаем от жаркого секса, автомобильной аварии или наркомана с передозировкой. Неподходящие случаи для улучшения карьеры. Не операция на сердечном клапане. Не коронарное шунтирование. Вряд ли.

К тому времени, как она дошла до этажа дежурной палаты, она завязала свои средней длины волосы в хвост, наложила немного пищевой соды на зубы и протерла их языком. Она держала коробку соды марки «Arm & Hammer» рядом к кроватью, вместе с тюбиком вишневой гигиенической помады «Chapstick», потому что она была приятна на вкус и потому что кондиционеры в больнице сушили ее губы. Тери не снимала туфли, но всегда вешала халат, перед тем как лечь, разглаживая складки на нем, даже если была очень уставшей. Это был вопрос не только гигиены, но и профессионализма.

Тяжелая связка ключей забряцала на ее поясе, когда она выскочила из комнаты, закрыв за собой дверь. В последнее время она проводила столько же времени в дежурной палате, сколько и в своей маленькой квартирке, так что в палате она держала огромную холщовую сумку со всеми своими земными пожитками. Кроме того, это был единственный способ сохранить неприкосновенность личной жизни. У нее не было намерений рассказывать стервятникам, каковы были ее планы. Статья в журнале, которую она читала, описывала последние достижения в восстановлении сердечного клапана и его замене, при использовании революционных методик Джордана Карпентера. Но подборка журнала «People», которую Тери нашла и которая описывала его изменчивое прошлое, была намного интереснее. Соседская девочка тинейджер предположительно покончила жизнь самоубийством из-за него, после того, как он разорвал их отношения; а в годы учебы в медицинской школе, у него была вражда с богатым одногрупником, но причины этого не приводились.