Loading...
Изменить размер шрифта - +
Темно-синее платье очень шло ей, подчеркивая округлые формы и пышную грудь. Брайану всегда нравилась ее грудь. При этой мысли Джейн сразу ощутила желание.

Господи, никто не сравнится с ним в постели. Свою первобытную ненасытность он умело скрывал под внешней невозмутимостью и дерзостью. Они были знакомы с детства, и в течение десяти лет Джейн периодически становилась его любовницей. Только она знала, на что способен Брайан, если его хорошенько завести.

На мгновение она представила, как он стаскивает с нее платье, его глаза пожирают ее тело, а тонкие, чуткие пальцы музыканта расстегивают отделанный рюшами корсет.

Им было хорошо вместе. Им опять будет хорошо.

Вернувшись к действительности, она схватила щетку и прошлась по волосам. Последние деньги, отложенные для бакалейщика, она истратила в парикмахерской, окрасив свои волосы под цвет волос Эммы. Ладно, с сегодняшнего дня ей уже не придется беспокоиться о деньгах.

Она тщательно подкрасила губы бледно-розовой помадой, как у супермодели Джейн Эшер на обложке последнего номера «Вог», затем черным карандашом добавила выразительности глазам.

Эмма зачарованно наблюдала за матерью. Сегодня от нее пахло одеколоном «Тигрица», а не джином. Девочка осторожно потянулась к тюбику, но резкий шлепок отбросил ее руку.

— Не трогай мои вещи, — рассердилась Джейн и опять ударила дочь по пальцам. — Ведь я запретила тебе прикасаться к моим вещам. — Эмма кивнула, готовясь заплакать. — И не вздумай реветь. Я не хочу, чтобы при вашей первой встрече у тебя были красные глаза и распухшее лицо. Пора бы ему приехать. Если он в ближайшее время не появится…

Тон матери заставил Эмму попятиться, но Джейн уже принялась изучать себя в зеркале.

Отличаясь крупным телосложением, она никогда не толстела. Да, платье, может быть, слишком облегает фигуру, зато эффектно подчеркивает грудь и бедра. Пусть в моде тощие, она-то знает, что, когда гаснет свет, мужчины предпочитают женщин с формами. Она уже давно живет за счет собственного тела и поэтому может с уверенностью говорить об этом.

А ее уверенность росла по мере того, как Джейн смотрелась в зеркало, сравнивая себя с бледными угрюмыми моделями, которыми восторгается Лондон. Она не замечала, что новый цвет ей не идет, а прямые волосы делают лицо грубым. Ей хотелось идти в ногу с модой. Она всегда так поступала.

— Возможно, он мне не поверит. Он не хотел. Мужчины никогда не хотят иметь детей, — сказала Джейн, пожав плечами. Ее отец тоже не хотел, пока у нее не стала развиваться грудь. — Запомни это, девочка. Мужчины не хотят детей, женщины нужны им только для одного, и ты скоро поймешь это. Получив свое, они уходят, а ты остаешься с большим животом и разбитым сердцем.

Джейн закурила и принялась расхаживать по комнате. Жаль, что не травка, сладковатая успокаивающая травка. Но отложенные на нее деньги она потратила на платье для Эммы. Жертва, которую обязана приносить мать.

— Возможно, он тебя и знать не захочет, но не сможет отрицать, что ты — его дочь.

Прищурившись, она оглядела девочку, и у нее внутри даже шевельнулось что-то похожее на материнское чувство. Несомненно, эта маленькая отмытая обезьянка так хороша, будто сошла с картинки.

— Ты чертовски похожа на него, крошка Эмма. Газеты утверждают, что он собирается жениться на этой сучке Вильсон — с деньгами и хорошими манерами, но мы еще посмотрим, да, посмотрим. Он вернется ко мне. Я всегда знала, что он вернется.

Она ткнула сигарету в стеклянную пепельницу со сколами. Сейчас ей необходимо выпить, хотя бы почувствовать вкус джина, чтобы успокоить нервы.

— Ну-ка, садись на кровать, — приказала она дочери. — Сиди здесь и веди себя тихо. Если тронешь мои вещи, то очень пожалеешь об этом.

Быстрый переход