Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
Он слишком долго был копом и знал, что главное в его работе — объективность. Но убийство Даррена Макавоя стало его личным делом. Он не мог забыть черно-белую фотографию мальчика, почти младенца. Эта картина запечатлелась у него в мозгу. Как и детская спальня. Бело-голубые стены, разбросанные, еще не упакованные игрушки, комбинезончик, аккуратно сложенный на кресле, под ним стоптанные шлепанцы.

И шприц, наполненный фенобарбиталом, в нескольких футах от кроватки.

Им не воспользовались, не смогли воткнуть малышу в вену, чтобы усыпить его. Собирались вынести его через окно? Должен ли был прозвенеть у Брайана Макавоя телефонный звонок с требованием денег за возвращение сына?

Теперь не будет никаких звонков, никакого выкупа.

Потирая уставшие глаза, Лу стал подниматься по лестнице. Любители. «Сапожники». Убийцы. Где, черт возьми, они теперь? Кто они такие?

Какое это имеет значение ?

Имеет. Лу сжал кулаки. Правосудие имеет значение.

Дверь в комнату Майкла была открыта. В слабом ночном свете Лу увидел полный разгром: валявшиеся игрушки, разбросанная по полу, на кровати скомканная одежда. Беззаботная неряшливость Майкла была для него загадкой. Они с Мардж отличались природной опрятнос

Бесплатный ознакомительный фрагмент закончился, если хотите читать дальше, купите полную версию
Быстрый переход
Мы в Instagram