— Вы обе идеально подходите друг другу, — сияя, заявил Гарри Берк. — Это подало мне мысль.

Светловолосая и рыжевато-каштановая головы повернулись к нему. Увлекшись разговором, девушки почти забыли о его присутствии.

— Лоретт, вы просто не можете жить одна в этой огромной квартире. Почему бы Роберте не поселиться с вами?

— Вот это да! — ахнула Роберта. — Что такое вы говорите, Гарри? Я думала, англичане — сама сдержанность.

— Они — да. Но я шотландец. — Он снова улыбнулся.

— Отличная идея, Роберта! — воскликнула Лоретт. — Ты согласна?

— Но, Лоретт, мы ведь только познакомились…

— Ну и что из этого? Мы нравимся друг другу, у нас общие интересы, мы обе не замужем… Какой вы молодец, Гарри! Пожалуйста, Роберта…

— Право, не знаю, — промолвила актриса. — Все это так внезапно… — Она хихикнула. — Ты уверена, Лоретт? Мне придется кому-то сдать свою квартиру — моя аренда истекает только в октябре, — и, если мы не поладим, я должна буду подыскивать другое жилье, которое могу себе позволить.

— Об этом не беспокойся, Роберта. Я уверена, что мы отлично поладим. К тому же проживание здесь не будет стоить тебе ни цента. Представь себе, сколько денег ты сэкономишь.

— Ну, решайте это между собой, — сказал Гарри Берк, — а я пока вымою руки. — Он сделал это предложение без особой надежды, помня о стремлении Лоретт к независимости и ее робости с посторонними. Но по-видимому, грандиозные размеры апартаментов Глори Гилд внушали ей страх. Жилище было слишком огромным для одинокой девушки, и предложение поселить вместе с ней симпатичную компаньонку пришлось кстати. Берк поздравил себя.

Когда он вернулся, девушки уже обо всем договорились.

Расследование убийства шло далеко не так гладко. Несмотря на интенсивную работу, детективы инспектора Квина не смогли подобрать ключ к таинственной женщине под фиолетовой вуалью — насколько им удалось выяснить, она больше не появлялась на публике, по крайней мере в компании Армандо. В эти дни он обрабатывал свежий урожай женщин: молодых и хорошеньких — для удовольствия, пожилых и богатых — в качестве потенциальных инвесторов. Всех их тщательно проверяли на предмет отождествления с Фиолетовой Вуалью, но без каких-либо результатов.

Ничто не указывало, что кто-либо из вновь присоединившихся к liste d'amour Армандо мог быть женщиной, с которой он имел дело раньше.

Не то чтобы граф пренебрегал своим прошлым. Он продолжал обхаживать некоторых бывших жен, особенно Герти Хаппенклаймер, и иногда звонил в пентхаус «узнать, как поживает моя маленькая племянница». В таких случаях Роберта находила предлог, чтобы выйти из комнаты.

— Не могу выносить звук его голоса. Меня от него тошнит, — сказала она, когда Лоретт спросила ее о причине. — Я знаю, дорогая, что это не мое дело, но как ты можешь с ним разговаривать? Ведь это Карлос повинен в смерти твоей тети.

Лоретт была расстроена.

— Я не поощряю его звонки, Роберта…

— Поощряешь, отвечая на них.

— Если я не буду этого делать, Карлос придет сюда и, возможно, устроит сцену. Кроме того, я не могу заставить себя в это поверить.