— Вассера?

— Окружного прокурора.

— Хермана? Субботним вечером?

Эллери молча кивнул.

Инспектор покосился на него, но ничего не сказал. Они с трудом выбрались на Сорок седьмую улицу, нырнули в ближайший ресторан, нашли телефонную будку, где Эллери провел двадцать пять минут, отслеживая окружного прокурора. Он оказался на политическом банкете в отеле «Уордорф», и его голос звучал весьма недовольно. Банкет освещала пресса и телевидение.

— Сейчас? — переспросил он. — В субботу вечером?

— Да, Херман, — ответил Эллери.

— А это не может подождать до утра понедельника?

— Нет, Херман.

— Перестаньте говорить, как персонаж водевиля! — огрызнулся прокурор. — Ладно, таинственная личность, встречусь с вами и инспектором в своем офисе, как только туда доберусь. Но если от этого не будет никакой пользы…

— Польза — не то слово, — пробормотал Эллери и повесил трубку.

Глава 39

К тому времени как Эллери прогрызся сквозь бисерный почерк между отпечатанными строчками копии завещания Глори Гилд, он выглядел постаревшим на десять лет.

— Ну? — осведомился окружной прокурор. — Вы нашли то, что искали?

— Нашел.

— Что нашел, сынок? — спросил инспектор. — Когда я читал это вслух в офисе Вассера, то не пропустил и не изменил ни слова. В чем же дело?

— В этом самом. Вы оба должны дать мне время.

— Ты имеешь в виду, что не собираешься говорить даже теперь? — проворчал старик.

— Вытащил меня с банкета, где присутствовали все СМИ, — обратился к потолку прокурор, — да еще в субботний вечер, чтобы жена подумала, не улизнул ли я с какой-нибудь цыпочкой, и не желает открывать рот! Слава богу, Дик, что у меня нет такого чокнутого сынка. Я возвращаюсь в «Уордорф» и не буду доступен до утра понедельника, если не хочу, чтобы меня бросила жена, а я этого не хочу. Когда этот шут гороховый будет готов сообщить простому слуге народа, что у него на уме, дай мне знать. Уходя, не забудьте запереть дверь.

— Ну? — осведомился инспектор Квин, когда хозяин офиса удалился в праведном гневе.

— Не сейчас, папа, — отмахнулся Эллери.

Старик пожал плечами. Он уже давно смирился с подобным поведением сына. Домой они ехали молча.

Оставив своего отпрыска в его кабинете, инспектор отправился спать, выпятив нижнюю губу и уставясь взглядом в какой-то таинственный туннель, который, судя по выражению его лица, был населен отвратительными чудовищами.

Глава 40

Итак, лицо тайны повернулось со своей трехчетвертной позиции, и Эллери наконец увидел его анфас.

Часть четвертая ЛИЦО АНФАС

«Похороните меня лицом вниз», — сказал Диоген, а когда его спросили почему, он ответил: «Потому что вскоре все перевернется».

Глава 41

Инспектор с трудом разбудил сына.

— Что?! — крикнул Эллери, вскакивая в кровати.

— Я еще ничего не сказал, — усмехнулся его отец. — Вставай. У тебя гости.

— Сколько сейчас времени?

— Одиннадцать, и сегодня воскресенье, если ты забыл. Когда ты лег?

— Не знаю, папа. В четыре или в пять. Что за гости?

— Гарри Берк и Роберта Уэст. Если хочешь знать мое мнение, — добавил старик, задержавшись в дверях, — эти двое что-то замышляют.