- Следовательно, - заключаю я, - ты полагаешь, что Янтарная комната и другие наши культурные сокровища были укрыты в Саксонии?

- Это - одна из версий, - ответил доктор Колер. - Во-первых, в Саксонии все было готово к приему сокровищ; во-вторых, если мы получим неопровержимые доказательства, что Янтарная комната была вывезена из Кенигсберга именно на "Эмдене" вместе с реликвиями третьего рейха и "сокровищами Коха", складирована затем в Бернтероде и Веймаре, тогда возникает вопрос - зачем ее было увозить куда-то далеко, если именно там, в Саксонии, были готовы штольни для приема сокровищ?

- А с чего начался твой поиск Янтарной комнаты?

- Тридцать лет назад в Тюрингии, в одном из замков, не пострадавшем от бомбежек, была открыта школа, - ответил Колер. - Учащиеся нашли на чердаке множество янтарных пластинок - они отменно подскакивали, когда их ловко кидали по глади пруда, что возле замка. Один из учеников, став ныне очень уважаемым в республике человеком, рассказал мне пятнадцать лет назад про то, как они, мальчишки, кидали эти янтарные пластинки в пруд, соревнуясь, чья больше подскочит по глади воды. Откуда янтарь в замке Тюрингии? Что это был за янтарь? Вот тогда я и начал копать. И делаю это по сей день. Я не настаиваю, что истинна лишь моя версия, я с уважением отношусь к поиску Штайна. Именно поэтому я и прошу тебя рассказать ему о версии "музея фюрера в Линце", именно поэтому обсуди с ним вопрос о "прерогативе фюрера", именно поэтому я и предлагаю Штайну проанализировать обнаруженные мною документы о секретных совещаниях в министерстве вооружений - может быть, это натолкнет его на поиск новых архивов... Исследовать надо любую версию, от кого бы она ни исходила. Кстати, после моей публикации во "Фрайе Вельт" пришло много откликов. Пришло и письмо от господина Барша из Мерцинга, что на границе с Люксембургом, он полагает, что видел ящики с Янтарной комнатой. Не хочешь с ним встретиться?

5

...Я довольно быстро разыскал этот маленький, белый, солнечный городок, без труда добрался до чистенькой улочки Цум Гипсберг и оказался в домике пенсионеров - улыбчивых, чуть суетливых, глуховатых, так что мне приходилось все время кричать, разговаривая с Баршем, и этот мой крик и его слишком уж тихие ответы (как все глуховатые люди, он боится показаться смешным и говорит подчеркнуто тихо, чуть ли не шепчет) явно диссонировали с той открытой дружественностью, которая отличала рассказ хозяина дома.

- Меня никто не понуждал заниматься этим делом, просто-напросто совесть мучит, понимаете ли, - не спеша вспоминал Барш. - Я, конечно, не знаю, была или не была Янтарная комната в имении Вильденхоф графини фон Шверин в Восточной Пруссии, я не берусь утверждать, на каком пароходе ее вывозили, но мне все-таки кажется, что гитлеровцы должны были эвакуировать ее сушей, слишком уж велика ценность... Мне кажется, что ее все-таки вывезли на машинах, которые подчинялись гауляйтеру Грайзеру, другу Коха. И вывезли не куда-нибудь, а в замок Горказее, тот самый, который принадлежал гауляйтеру Грайзеру. Но его там уж не было, и поэтому машины прямым ходом, через Нёй-Бентшен и Франкфурт, были передислоцированы в Каринхалле, дворец Геринга. Тридцатого марта сорок пятого года Геринг на своем поезде был на станции Цейленрода. Там я и увидел его, когда проходил мимо, получив отпуск из части, - я был авиатехником; кстати, тогда, на фронте, я и стал чуть хуже слышать от постоянного рева моторов... Солдаты, охранявшие поезд рейхсмарцшла, сказали мне, что они едут на юг, в направлении Альт Аусзее, и что в одном из вагонов везут коллекцию янтаря...

(Примечательно, что Геринг в свое время издал приказ, известный ныне по архивному коду как Т. 454/РС-56/БЛ-000-873+874. Приказ этот заслуживает того, чтобы быть приведенным здесь: "В продолжение принятых мер к сохранению еврейских ценностей шефом военного коменданта Парижа и штабом Розенберга.