Согласно распоряжению рейхсканцелярии от 18.11.1940 г. представляется необходимым направить перечень указанного имущества фюреру. Прошу подписать прилагаемый проект.

ПРИМЕЧАНИЕ: предложено мною и партийной канцелярией

15. IX. 1944г. РОЗЕНБЕРГ.

Пометка:

Одобрено фюрером.

Доктор Колер объяснил:

- Понял? "Одобрено фюрером". Дело в том, что уже в 1938 году, сразу после оккупации нацистами Австрии, именно Гитлер начал подгребать под свое л и ч н о е ведение все дела, связанные с культурой и искусством. Именно тогда в нацистской бюрократической машине и появился термин "прерогатива фюрера" ("фюрер форбехальт"). Был издан его тайный приказ: "Все наиболее ценные произведения искусства должны быть сфотографированы и представлены на рассмотрение мне - я решу их дальнейшую судьбу". (Какой ужас, несостоявшийся художник был намерен по фотографиям решать судьбы картин Рафаэля и Рублева, Рембрандта и Феофана Грека, Тициана и Дюрера, Репина и Брюллова!) Следовательно, - продолжает доктор Колер, - я прошу тебя порекомендовать Георгу Штайну внимательно поискать следы Янтарной комнаты -- одного из чудес света - не только в архивах Розенберга, но и в документах рейхсканцелярии Гитлера, Бормана... Я выявил любопытный материал: когда гауляйтер оккупированного Перемышля п о с м е л не показать Гитлеру похищенные им из музея картины, его немедленно расстреляли в гестапо, без суда и следствия. Да, рейхсминистр "восточных территорий" Розенберг был отменным грабителем, но он стоял на третьей ступеньке лестницы, следом за фюрером и Герингом. Наиболее значительные ценности он передавал на рассмотрение фюрера, которого обуревала навязчивая идея создать "музей Гитлера" в Линце, собрав там самые уникальные картины из всех галереи мира. Так что внимание и еще раз внимание по отношению к архивному фонду Гитлера, гам могут быть следы...

- А почему ты особо выделил гауляйтера Восточной Пруссии Коха? Отчего ты связываешь его судьбу с поиском Янтарной комнаты? Почему вдруг появилась версия захоронения Янтарной комнаты в Саксонии или Тюрингии?

- Не исследовав п о в о р о т ы гитлеровской бюрократической машины, ответил доктор Колер, - не поняв все ее змеиные "изгибы", трудно заниматься судьбою похищенных нацистами произведений культуры. Получилось так, что в сорок четвертом году удары Красной Армии, с одной стороны, и взаимное подсиживание в гитлеровской верхушке - с другой, вознесли вверх злейшего врага Розенберга гауляйтера Восточной Пруссии и Украины "партайгеноссе" Эрика Коха. Именно его, Коха, - по явной подсказке Бормана, - и назначил Гитлер главным ответственным за создание "восточного вала" от Варшавы до Литвы. Почему его? Да потому, что Борман должен был в о з н е с т и врага Розенберга, ибо он замыслил прибрать к своим рукам не только картины Гитлера, но и все те ценности, которые были выкрадены в Советском Союзе. Для этого Борман ввел в свою хитрую комбинацию директора Дрезденской галереи профессора Поссе. Профессор знал все, связанное с картинами и скульптурами, - выдающийся специалист; причем знал он как те картины, которые предназначались для музея Гитлера (сам отбирал как-никак), так и те, которые были уже складированы в тайные розенберговские "депо" (так назывались склады в ряде замков и соляных шахт. - Прим. Ю. С). Именно ему, Поссе, и была подброшена каким-то незаметным, м ы ш и н о г о цвета человеком идея о целесообразности объединения всех культурных сокровищ в одних руках.