Я поняла, что Томми прав. Я лишь в общих чертах описала ему события прошедшего дня, а он уже успел их проанализировать и сделать вывод об умственных способностях преступника, о его желаниях и чувствах, которые он испытывал, утоляя эти желания.

«Я думала о наркотиках, но мышечные релаксанты — более конкретная вещь… Стоит взять на заметку. Томми, дорогой, когда ты успел об этом поразмыслить? До того, как мы занимались любовью, или после? Может, во время? А я бы снова не прочь… Люди, которых я видела сегодня, в большинстве своем были мертвы. Но я-то — нет. Секс — это способ почувствовать, что ты еще жив».

Моя рука скользнула ниже и кое-чем завладела.

— Все догадки я проверю завтра, — сказала я. — А сейчас я хочу тебя. Так что соберись с силами, как тебя учили на секретной службе, и выполни свой долг.

Он легонько ущипнул меня за сосок, поставил на пол бутылку пива… и еще один час мы провели, доказывая, что живы.

Мы лежали обнявшись, изнуренные, опустошенные и счастливые.

— Знаешь, что я подумал? — сказал Томми, нарушив наше уютное молчание.

— Похоже, ты действительно размышляешь во время секса!

— Все самые умные мысли приходят ко мне, когда я голый.

— Ну и?

— И боль, и правосудие объединяет один мотив.

— Да, я знаю.

— Правда? — удивился он.

— Мотив старый и совершенно избитый, — сказала я. — Ненависть.

— Подумать только, ведь я мог тебя опередить.

Я поцеловала его в шею.

— Не расстраивайся. Но когда же ты нашел время подумать об этом?

— Оргазм прочищает мозги, — широко улыбнувшись, ответил Томми.

— Значит, тебя осенило?

Он закатил глаза.

И вдруг я осознала, что мне стало лучше, гораздо лучше. Было так плохо, а Томми позвонил и приехал. Мы любили друг друга и разговаривали о работе, и… И меня поразила еще одна мысль: «Господи, неужели мы вместе?» Эта мысль показалась непривычной, чужой и в то же время успокаивающей и давно знакомой. Когда вы замужем или женаты много лет, появляется ощущение надежности, уверенности в том, что дома вас ждут. Если кто-нибудь вас подведет, предаст или умрет на ваших руках, вы всегда найдете поддержку у родного человека. Он никогда не оставит вас в беде. Лишиться его — значит потерять часть себя и каждую ночь умирать от желания, ощущая обманчивое присутствие на опустевшей кровати.

Неужели мы переступили эту грань? Ту, которая отделяет легкомысленные связи от серьезных отношений?

— Ты что-то хотела сказать? — спросил Томми.

— Да нет, просто… — я тряхнула головой, — просто подумала… о нас. Не обращай внимания.

— Не делай этого.

— О чем ты?

— Если ты думаешь о чем-нибудь, не стоит говорить, что твои мысли ничего не значат. Можешь не рассказывать, только не говори, что это не важно.

Я внимательно посмотрела ему в глаза и обнаружила в них лишь искреннее участие и ни грамма раздражения.

— Извини, я просто размышляла… — У меня перехватило дыхание. Почему так трудно сказать это вслух? — Томми… мы — вместе?

— И это все? — спросил он и улыбнулся. — Конечно, вместе.

Я даже охнула в ответ.

— Послушай, Смоуки, я не говорю, что настало время жить под одной крышей или пожениться. Но безусловно, мы вместе. Так мне кажется, во всяком случае.

— О Боже!

Он изумленно тряхнул головой.