– Что значит «у меня»? Что за бред? Ты только подумай, что ты…

– Это звучит глупо, но я не могу ее открыть. Надеюсь, что ты сможешь, Сид.

– Дэнни! Как может дверь не открываться, если ее никто не запер на ключ? Объясни мне.

– Не знаю, Сид!

– Дэнни, может, ты просто не хочешь туда идти? Боишься Джонни? Но ведь его сейчас нет!

– Сид! – Дэнни начал злиться. Они болтают впустую слишком долго. – Забудь о моем брате!

– Ты боишься зайти в эту комнату? Скажи честно!

– Чокнутый! – не выдержал Дэнни. – Да, я боюсь! Но дело не в этом! Дверь не открывается, пойми ты это! Я знаю – похоже на бред, но это правда. Я проверял не один раз. Человечек – это тоже бред, но он существует, и ты сам видел его колпак у меня в комнате!

Это упоминание о Лилипуте остудило Сида. Он знал, что его друг вряд ли станет шутить подобным образом. В самом деле, не сшил же Дэнни сам этот колпак?! Но дверь, которая черт знает почему не открывается, вообще не укладывалась в голове, еще больше, чем человечек или мисс Тревор. Однако Сид почувствовал, что Дэнни не шутит. В его голосе слышались уже злые нотки. Раньше Сид такого за ним не замечал. Но сейчас не удивился. Ничего странного – Дэнни боится. Очень боится. И не поисков в комнате Джонни, а именно этой двери, которая не открывается, словно требуя для этого какое‑то волшебное слово. И все же недоверие пока не покинуло Сида полностью, что Дэнни понял по нерешительной позе друга.

– Первый раз это случилось в первый день учебы, когда я вернулся домой и никого, кроме меня, не было. Она не открывается, хоть ты ее руби топором. Я видел собственными глазами, как в комнату после меня заходил Джонни, а я ни на дюйм дверь не приоткрыл.

Сид попытался что‑то сообразить, хотя был уверен, что вряд ли у него что выйдет в нынешней ситуации.

– Может, он всегда закрывает на ключ, когда уходит?

– Нет. Мать перед этим забрала у нас ключи. Тем более я следил за Джонни из своей спальни. Так вот – он не доставал никакого ключа. Просто потянул за ручку… и вошел.

– Но почему дверь не открывается? Как она может не открываться, если ее никто не запер на ключ?

– Не знаю, Сид! – Дэнни вытер влажные руки о штаны, и Сиду подумалось, что друг скоро не сможет удержать в руке нож.

– Не вырони нож, – предупредил он его. Потом посмотрел с каким‑то религиозным трепетом на дверь и прошептал: – Я и верю тебе… и не верю, Дэнни. – Тот ответил ему слабой улыбкой. – Тогда что… будем делать? Как ты думаешь?

– Ну… что же еще… Надо попробовать войти… в комнату еще раз. Может, у тебя получится.

– Ты что? Почему это у меня получится? – запротестовал Сид. Он еле дышал от страха. – Если ты не смог войти, то почему я войду? С какой стати?

– Сид! Я живу в ЭТОМ ДОМЕ. Ты – НЕТ. Я не уверен, конечно, но что нам остается? Вот я и подумал – вдруг ты откроешь эту чертову дверь.

– Ну и черт с ней, с этой дверью, – бросил, но очень неуверенно, Сид.

Дэнни положил ему руку на плечо:

– Я не понял, Сид. Ты что, отказываешься?

– Ты подумай – дверь не открывается! Что толку с ней возиться?

– Но ведь и Джонни, и родители спокойно заходили туда! Дверь не открывалась только У МЕНЯ. Получается, есть шанс, что ты ее сможешь открыть, Сид.

– Но почему я… Мне она тоже не… Послушай… – Сид с трудом выговаривал слова, язык у него заплетался. – Не мог открыть ты, не смогу и я. Мы знаем… про Лилипута, твой брат и отец не знают, – нашелся Сид.